Home A - Z
Page Index

Commit c86593

2026-01-14 13:09:17 Otterwiki Robot: Impo
en/George Roerich - Trails to the Inmost Asia/III Khotan.md ..
@@ 345,8 345,6 @@
Hsin-chiang. The Governor once more assured us of his good will and urged us to make
ourselves comfortable in Khotan.
- <!-- text4placeid:53 -->
-
It was impossible to stay in the small garden of Badruddin Khan with our big caravan,
and we therefore decided to find a suitable house with plenty of ground in which to
establish our headquarters. In our search we encountered the first obstacle to be set in
en/George Roerich - Trails to the Inmost Asia/XII Among the Tsaidam Mongols.md ..
@@ 18,8 18,6 @@
bring high prices at Lhasa. We therefore decided to send our Tibetan guide to buy
horses, mules, and provisions at the Chinese village of Ch'ang-ma.
- <!-- text4placeid:624 -->
-
Our camp on the plateau was found untenable for two reasons; during the rains the
surface of the plateau became muddy, and, secondly, during the dry period the frequent
northeast winds blew clouds of loess over it, which penetrated the tents and covered the
en/George Roerich - Trails to the Inmost Asia/XIV The Great Tibetan Upland.md ..
@@ 15,8 15,6 @@
epoch is a series of weathered mountain chains which have been considerably leveled, and
broad intermontane plains, the home of herds of wild yaks.
- <!-- text4placeid:415 -->
-
Our first night on the Tibetan upland passed in dead silence, everyone resting after the
previous strenuous days. The silence was only broken by the groans of the suffering
nyer-wa. "Aro, aro, aro," "Friend, friend, friend" sounded his mournful complaint. The
@@ 24,8 22,6 @@
and was able to resume the journey in the morning. Our doctor did his best to relieve
him but each step of the camel caused him pain.
- <!-- text4placeid:416 -->
-
The trail followed a mountain valley, sheltered by low hills of undulating relief. A
tiny stream, called by our Mongol guides the Angar Dakchin-gol, flowed through the
valley. After a long march across a sandy country, we camped on the bank of a fresh
en/George Roerich - Trails to the Inmost Asia/XVIII The Region of the Great Lakes Nag-Chu Dzong – Saga Dzong.md ..
@@ 4,8 4,6 @@
---
- <!-- text4placeid:221 -->
-
It was still night when everyone rose and packed his bedding. March 4, 1928, will be
remembered by all members of the expedition as the end of their captivity in the
inhospitable uplands of Tibet. The dawn was softly coloring the sky and the snow peaks
@@ 36,14 34,10 @@
Tsaidam, agreed to take them with his caravan. Some four months later, I was gratified
to hear that all of them had safely reached their native pasture lands.
- <!-- text4placeid:434 -->
-
Having crossed the river, which was still frozen hard, we ascended a spur, and the rocky
silhouette hid Nag-chu with its monastery from our view. An indistinct path wound along
the southern slopes of a low ridge stretching to the west.
- <!-- text4placeid:434 -->
-
From now on, we would face the west for some fifty days. The sun warmed the air and the
march was pleasant. We had finally escaped from Nag-chu with its refuse heaps and were
now on our way to India. We knew that the road would be difficult and that the country
@@ 82,8 76,6 @@
and recrossed the snow-buried valley. Our dog Kadru, tired by the long march, refused to
follow and had to be taken in the saddle.
- <!-- text4placeid:434 -->
-
On reaching the southern route, we saw approaching the first group of yaks, carrying our
tents and the rest of the equipment required in the camp. Toward six o'clock camp was
pitched and we were able to rest a little after the long, tiresome march. The wind
en/Nicholas Roerich - Altai-Himalaya/I India (1924).md ..
@@ 4,8 4,6 @@
---
- <!-- text4placeid:615 -->
-
Sinai glides by.
Here are the Wells of Abraham. Here are the “Twelve Apostles”—fantastic little islands.
Here is Jeddah, the gateway to Mecca.
@@ 24,20 22,14 @@
says the Japanese in a businesslike way without any sentimentality. And may this
businesslike attitude be the guarantee of cooperation!
- <!-- text4placeid:541 -->
-
In Cairo in the mosque sat a boy of seven or eight and chantingly read the lines of the
Koran. One could not pass by without noting his penetrating striving. And in the walls
of that same mosque was boldly imbedded the cannon-ball of Napoleon. And that same
conqueror of empires broke the image of the Great Sphinx.
- <!-- text4placeid:541 -->
-
But if the sphinx of Egypt is mutilated, the sphinx of Asia remains safeguarded by the
great deserts. The treasures of the heart of Asia are preserved and its hour has come.
- <!-- text4placeid:478 -->
-
Ancient Ceylon—the Lanka of the Ramayana. But where are the palaces and pagodas? It is
strange. In Colombo we are met by the Swiss Consul. The policeman is Irish. A French
peddler. A Greek with post-cards. Dutch tea-peddlers. An Italian chauffeur. But where
@@ 59,8 51,6 @@
approach such ruins fully fortified, as one palace alone has nine hundred chambers.
Ceylon is an important site.
- <!-- text4placeid:513 -->
-
The public baths near the bitter-sweet mountain, Lavinia, do not suggest the domain of
ancient giants. Slender palms shame-facedly bend down to the spray of the tide. Like
skeletons stand the fragments of Anuradhapura; consider that Anuradhapura is not
@@ 75,8 65,6 @@
So does India hide its face from the south. And the black Dravidians as yet do not
remind us of the Vedas and Mahabharata.
- <!-- text4placeid:479 -->
-
Multicolored is Madura with the remains of Dravidian strata. All the life, all the nerve
of the exchange, was near the temple. In the passages of the temple are the bazaar, the
court, the sermon, the reciter of the Ramayana, the gossip, and the sacred elephant who
@@ 86,8 74,6 @@
according to their own plan. Sarma is saddened that so much of fine understanding is
gone and has as yet been replaced only by indifference.
- <!-- text4placeid:479 -->
-
He warns us not to go far in our European attire because some elements of the population
may be hostile. After all, Madura is a city of one million. Sarma inquires about the
condition of artists in Europe and America. He is genuinely surprised that the artists
@@ 97,8 83,6 @@
garments, with sad, calm speech, awaits something better, and knows all the burden of
the present.
- <!-- text4placeid:547 -->
-
There was no possibility of a meeting with Tagore. Strangely such things happen in life.
In London, the poet found us. Then in America we succeeded in meeting him in New York;
and he also met George in Boston. But in India itself we did not meet! We could not go
@@ 115,14 99,10 @@
motor. And so we ourselves, in this bushy manner, finally remembered the name of
Dwarkanath Tagore Street where the house of Tagore was situated.
- <!-- text4placeid:546 -->
-
It is said that when Tagore received the Nobel prize, a deputation from Calcutta came to
him, but the poet severely asked them: “Where were you before? I remain the same person,
and the prize has not added anything to me.” Greetings to Tagore!
- <!-- text4placeid:546 -->
-
We met the relations of our friend Tagore—Abanindranath Tagore, brother of Rabindranath,
artist head of the Bengal School. Gogonendranath Tagore, nephew of the poet, also an
artist, secretary of the Bengal Society of Artists. Now he imitates the modernists. A
@@ 131,8 111,6 @@
path. Greetings to the artists of India! Why is it that in all countries of the world
the condition of scientists and artists is so precarious?
- <!-- text4placeid:546 -->
-
Thorny also is the way of the Hindu scientists. Here, before us is an example, in a
struggling young scientist Bose Sen, a biologist and pupil of Sir Jagadis Bose. He began
his laboratory in the name of Vivekananda. In his peaceful little house above the
@@ 151,8 129,6 @@
enlightened workers for science and beauty are ready to serve in the victory of
evolution.
- <!-- text4placeid:546 -->
-
In Calcutta, not far behind the city, are two monuments to Ramakrishna. On one shore,
Dakshineswar, the Temple where long lived Ramakrishna. Almost opposite, across the
river, is the Mission of Ramakrishna, the mausoleum of the teacher himself, of his wife,
@@ 161,20 137,14 @@
peace here and it is with difficulty that one realizes oneself so near to Calcutta with
all the terror of its bazaars and confusion.
- <!-- text4placeid:546 -->
-
We met Sister Christine, almost the only living pupil of Vivekananda. Her useful work
was broken up by the war. And now, after the lapse of many years, Sister Christine has
returned again to the old site. The people are changed. The consciousness is consumed
with local problems. And it is not easy for Sister Christine to find contact with the
new waves of Hindu life.
- <!-- text4placeid:546 -->
-
On the memorial day of Ramakrishna, as many as half a million of his admirers gather.
- <!-- text4placeid:491 -->
-
From the purest to the most hideous. In special streets of Bombay, behind bars, sit the
women prostitutes. In this living merchandise which clings close to the bars, in these
outstretched hands, in their calls, is contained the whole terror of bodily desecration.
@@ 183,8 153,6 @@
When we entered the Chartered Bank of India— the sacred cow came out of the door to meet
us; and how strikingly amusing was this correlation of bank and sacred cow!
- <!-- text4placeid:481 -->
-
The tigers roar in Jaipur. The Maharajah has forbidden any one to shoot them. In Golta
Pass two tribes of monkeys are at war. The guide arranges a battle for a most reasonable
fee. Nowadays all battles may be arranged thus easily!
@@ 194,8 162,6 @@
purification of his spirit. “The spiritualist” offers to make the carriage move without
horses, but to do this it is necessary “that there should not be one cloud in the sky.”
- <!-- text4placeid:483 -->
-
And along with this is a fantastic and romantic fragment of old Rajputana—Amber where
the princesses looked down from their balconies upon the tournaments of their suitors;
where every gate, every little door, astonishes one by the correlations of its beauty.
@@ 205,8 171,6 @@
Hindu Moslem city. Fatehpur-Sikri, Agra—rare chips of a departed culture. And the
frescoes of Ajanta are already unsafe.
- <!-- text4placeid:483 -->
-
All the remains of the constructions of Akbar have a veil of seeming sadness. Here the
great Unifier of his country buried his best visions so misunderstood by his
contemporaries. In Fatehpur-Sikri, he conversed with his wise Birbal, and with the few
@@ 233,8 197,6 @@
Swedish Stockzund. And one cannot visualize Comanches and Apaches in the houses of
Boston. Commensurability must be observed.
- <!-- text4placeid:486 -->
-
On the shores of the Ganges, a gray-bearded man, cupping his palms like a chalice,
offers his entire possessions to the rising sun. A woman counting quick rhythm performs
her morning pranayama on the shore. In the evening she may again be there, sending upon
@@ 252,8 214,6 @@
legends of the same solemn cremations which have been described by the skillful Arabian
traveler, Ibn Fadlan. Everywhere, the same purifying conflagrations.
- <!-- text4placeid:486 -->
-
Everywhere, much incense, rose water and fragrant sandalwood. Hence the smoke from the
bodies in the Burning Ghats of Benares is not turbid. And in Tibet, also, cremation is
used.
@@ 261,12 221,8 @@
Regard the gentle child games of the Orient—and listen to the complicated rhythms of the
chants and soft music. There are not evident the profanities of the West.
- <!-- text4placeid:487 -->
-
The Maharajah of Mysore is awakened with special songs—songs of beginning and of end.
- <!-- text4placeid:479 -->
-
In Madura in a crowded alley, an old man models the forms of the “sacred images.” He is
the last old man—with him dies this knowledge. Thus is dying the past. So is approaching
the future.
@@ 312,8 268,6 @@
Bose and Tagore—noble images of India!
- <!-- text4placeid:542 -->
-
The frescoes of Ajanta, the powerful Trimurti of Elephanta, and the gigantic stupa in
Sarnath, all speak of other ancient times. And this former beauty also glimmers in the
fine and slender silhouette of a woman who carries her eternal water—water which feeds
@@ 332,8 286,6 @@
explanation from times immemorial of this wise distribution of energy. But now the basis
of this worship is forgotten and it has degraded into superstition.
- <!-- text4placeid:486 -->
-
Another ugly spectacle! In a golden temple of Benares, before us, was led a white little
goat. She was led into the sanctuary. There evidently she was approved of because in a
little while, frantically protesting, she was hurriedly dragged before us. In a minute,
@@ 430,15 382,11 @@
Siegfried. They cement their brotherly oaths by mixing and drinking brotherly blood.
They never part with their weapons.
- <!-- text4placeid:5 -->
-
“His Country” begins to unfold, as the series “Banners of the East” is begun. In June,
after the first rains, all the tempera begins to be covered with white spots of mold.
One has to heat up the place considerably in order that the mold should dry and come
off.
- <!-- text4placeid:5 -->
-
“His Country.” In Sikhim, itself, was one of the Ashrams of the Mahatmas. To Sikhim,
Mahatmas came on mountain horses. Their physical presence communicates a solemn
importance to these parts. Of course now the Ashram has been transferred from Sikhim. Of
en/Nicholas Roerich - Altai-Himalaya/II Sikhim (1924).md ..
@@ 424,8 424,6 @@
understanding, must be conceived sublimely. The teacher, Padma Sambhava, would not have
proclaimed only a physical teaching.
- <!-- text4placeid:595 -->
-
I look upon an ancient painting of the Monastery Daling. Here are the acts of the
teacher, Padma Sambhava. All his forces are represented in action. Here is the teacher
as a black-hatted lama with Solomon’s Star upon his headdress, striking a dragon. Here
@@ 438,8 436,6 @@
family, he prays for a benign sea voyage for the absent master of the house. No matter
how clouded is his teaching now, its foundation stills gleams through.
- <!-- text4placeid:595 -->
-
Or again, another ancient painting: “The Paradise of Padma Sambhava.” The teacher sits
in the Temple surrounded by the Righteous Ones. The Temple stands upon a mountain
separated from the earthly world by a blue river. Across the river are stretched
@@ 484,8 480,6 @@
white scarf. Of course, the court must be just, so three messengers of joy lead the
exalted one into paradise!
- <!-- text4placeid:613 -->
-
Fifteen years ago there died a remarkable lama who came from Mongolia. We saw his
image—resembling the type of Russian ascetic. A powerful visage, unconquerably bold are
the cheek bones; the eyes are piercing. “During the departure of this strong spirit, a
@@ 550,8 544,6 @@
the way. The verdant webs intertwine. The snakes wind themselves around the trunks. The
moss-like tigers and leopards here are lurking. An enchanted world this!
- <!-- text4placeid:550 -->
-
The most fantastic hills and rocks form themselves into a seeming Sacred Chalice—a vast
valley. In the center of the valley unapproachably stands the mountain of
the White Stone, girded by two rivers. It is crowned
@@ 562,42 554,30 @@
temporarily hidden; and all else spoken of in the ancient manuscript, “The Voyage
through Sikhim.”
- <!-- text4placeid:550 -->
-
The approaches to Tashiding are very difficult. Only recently have the impossible trails
been transformed into steep footpaths. Verily, the path of the spirit must be traversed
by human feet!
- <!-- text4placeid:550 -->
-
One crossing on the suspended bamboo bridge is especially hazardous. Below, the mountain
river rushes and roars, bearing down the icy current from Kinchenjunga. And above the
bridge on the steep slope, you pause many times. Shall I at last arrive? One must hold
one’s breath to conquer this age-old mountain.
- <!-- text4placeid:550 -->
-
Upon the upper slope an honorary reception is arranged for us by the land owners. Ale,
sugar-cane and tangerines await us, under the canopy of rushes adorned with their yellow
garlands. Farther off resound the reverberant drums and silver gongs. The reception of
the monastery. On the last slope we are met by the pipers and trumpeters.
- <!-- text4placeid:550 -->
-
Amidst the rows of a colorful crowd you reach the ancient place. Behind the gates of the
monastery, the lamas receive you in purple garments. In the front row a venerable old
man, head lama of the monastery, stands like a delicately carved image of the fifteenth
century. Thus you walk up to the spreading turquoise tents in the midst of a forest of
stupas and amidst many-colored banners, amidst the sparkling rows of fires.
- <!-- text4placeid:550 -->
-
In the first full moon after New Year, which fell this year on the twentieth of
February, there was the annual festival in Tashiding. The miracle of the self-filling
chalice occurs at the time.
- <!-- text4placeid:550 -->
-
Since ancient days—more than eight generations ago—this miracle has been ordained. From
a designated spot in the mountain river a small vessel of water is drawn and poured into
an ancient wooden chalice. In the presence of witnesses, representatives of the
@@ 607,13 587,9 @@
increased considerably. In the year of the great war the water tripled in quantity,
which meant war. Now the water has diminished by half, which means famine and disorder.
- <!-- text4placeid:550 -->
-
This evil omen has been intensified by another sign. On February twentieth there
occurred a complete eclipse of the moon. Never has there been so evil a sign.
- <!-- text4placeid:550 -->
-
The trumpets sound, the whistles shriek, the people in costumes, as though from the
“Snowmaiden,” proceed to the great stupa. The choir, singing, winds its way around the
crowds. Many prostrate themselves. The drums of the lamas resoundingly thunder. At this
@@ 718,8 694,6 @@
**PEMAYANGTSE**
- <!-- text4placeid:548 -->
-
Tashiding is one of Sikhim’s prominent sites and belongs to the parish of a great
monastery, Pemayangtse, and is a day’s travel away. It is also on the peak, standing
like a bulwark. It has been newly rebuilt. Its renovation has been done with such
@@ 731,28 705,20 @@
zealous and careful to improve his structure, with his economical eye penetrating
everywhere.
- <!-- text4placeid:548 -->
-
Behind the gates of Pemayangtse three-hundred-year-old ancient trees are standing as
guardians—like the fairy forest of Berendey. A tiny street of the lamas’ homes is like
the suburb of Berendey, painted and ornamented with its many-colored porches and
stairways.
- <!-- text4placeid:564 -->
-
Here is “Heaven’s Sacred Mountain” and upon its peaks shines a small mountain lake.
There is also a small temple erected on the spot where the founder of the Red Sect in
Sikhim lived. From Dubdi, the founder passed to the Sacred Lake and thence into the
ancient Sanga Chöling.
- <!-- text4placeid:564 -->
-
The four most ancient monasteries of Sikhim are Dubdi, Sanga Chöling, Daling and
Robling. And the meanings of their names are noble ones: “Palace of Meditation,” “Island
of Secret Teaching,” “Island of Lightning” and “Island of Happy Striving.”
- <!-- text4placeid:549 -->
-
An excellent monastery is Sanga Chöling; nor do we forget Daling with its blue-white,
porcelain-like entrance amidst a bamboo grove. Here at the altar is preciously kept a
sealed box containing relics of the founder of the monastery. There are banners—gold on
@@ 760,23 726,17 @@
sacred by the blessing of the founder; when the life in the monastery is undefiled the
stone is firm, but each besmirching of life makes the stone crack.
- <!-- text4placeid:548 -->
-
Here are those tiny doors, beloved to me in Novgorod and Yaroslavl. Here is beautiful
fresco painting. Here are the polychrome ornaments entwining all casements of the
windows and doors. Here are the same rounded backs of pilgrims devoted to the faith, and
the fires of dedicated offerings. Our coolies are also lighting a fire—a true widow’s
mite. And above them adamantly rises “the Keeper of Lightning.”
- <!-- text4placeid:548 -->
-
Although the teacher, Padma Sambhava, was never in Pemayangtse, yet in the monastery are
kept the things which belonged to this founder of the religion. The things are kept
sealed but on some occasions are shown; a garment, headdress, beads, tiny bells of a
wondrous chime, two magic daggers and a small exquisite image of Buddha.
- <!-- text4placeid:548 -->
-
And the trumpets sound more thunderous in Pemayangtse and the dragon guardians seem more
terrifying and the influence of the monastery is greater. The ruins of the palace of the
Maharajah are near. According to the biblical custom the first Maharajah was chosen to
@@ 816,8 776,6 @@
it is used for head ornaments at festivals. Endless are the useful plants awaiting the
best application and study.
- <!-- text4placeid:590 -->
-
The leaves of the herb Ava Duti are said “to soften” stones, just as do
the “snow-frogs” in the Himalayas. Therefore if upon
a stone you see the print of an elk’s foot or the paw of an animal, it seems they have
@@ 904,8 862,6 @@
the world in the Lotus flower. Padma Sambhava did not die but departed to teach new
countries. Had he not done so the world would be threatened with disaster.
- <!-- text4placeid:597 -->
-
In the cave Kandro Sampo, not far from Tashiding, near a certain hot spring, dwelt Padma
Sambhava himself. A certain giant, thinking to penetrate across to Tibet, attempted to
build a passage into the Sacred Land. The Blessed Teacher rose up and growing great in
@@ 999,8 955,6 @@
a better threshold to the mysteries of the future than this unexplored, rarely
penetrated country of rocks and flowers.
- <!-- text4placeid:591 -->
-
As behind a tiny silver apple on a saucer, do the hills and steps of the Himalayas
reveal themselves. Hundreds, perhaps more, are the monasteries in Sikhim, each crowning
the top of a summit. A small temple in Chakong; a big suburgan and monastery in
en/Nicholas Roerich - Altai-Himalaya/III Pir-Panzal (1925).md ..
@@ 72,20 72,14 @@
China. The Siberian paths of the nations have carried afar the same meaning of
adornment.
- <!-- text4placeid:610 -->
-
The fort of Akbar stands firmly planted. But after you have climbed the steepnesses and
flights, you may perceive that the old bricks and the clay-beaten cement barely hold
together. The arches are ready to give way.
- <!-- text4placeid:612 -->
-
Nishad, the garden of Akbar, occupies the site from the lake to the hill—a high place.
The structures are modest and upon the corners are the little towers so beloved by him.
They are characterized by simplicity and brightness.
- <!-- text4placeid:611 -->
-
Shalimar—the garden of Jehangir—is also in character with its possessor, standing “for
itself.” There is less of outward show, but more of luxury—of that luxury which brought
the descendants of the Moguls to poverty. The last Mogul, in Delhi, secretly sold
@@ 95,8 89,6 @@
The weaver of Kashmir accompanied the making of each of his designs with a special
chant. Such a searching for rhythm reminds us of the great harmony of labor.
- <!-- text4placeid:607 -->
-
No song relates why the mountain “Throne of Solomon” bears this name. This is a place of
such antiquity. Janaka, son of Asoka, had already dedicated one of the first Buddhist
temples here. Seven centuries later the temple was rebuilt and consecrated to Mahadeva.
@@ 117,8 109,6 @@
But there is also joy. The lilacs have blossomed, lilies of the valley are nodding and
the wild cherry tree glistens.
- <!-- text4placeid:609 -->
-
After the “miniature design” of modern Kashmir, the eye rests before the ruins of
Martand and Avantipur. Here, also, the ninth and tenth centuries have flowered. Here the
solemn fantasy of the Asiatic cradle of the Romanesque merges with the joyous cult of
@@ 151,24 141,18 @@
“Gulidjan-Marda”—“Illo-Aladin-Shabasha”—“Illaila-Suleiman”—thus the rowers call to each
other. Oars with corded blades cut the yellow waters.
- <!-- text4placeid:13 -->
-
Modern Srinagar is not more than one hundred and fifty to two hundred years old. Of the
ancient “City of the Sun” nothing remains. The old mosque remains only as a shell. In
the ugly rivets of the “wharf” are seen traces of the reliefs of the excellent stones of
the ninth and eleventh centuries. There are separate fragments; nothing binds them with
the dirty small houses of the present day.
- <!-- text4placeid:13 -->
-
The old bridges must soon crumble. Who originated the canals of Kashmir? Who lined the
roads with so many poplar hedges? Was this not done by some of the nomads from Central
Asia, where winter necessitates the marking of the paths, and where canals are needed
for irrigating the sands? Where did theseshikara—the light, gondola-like
boats—originate?
- <!-- text4placeid:13 -->
-
Along the even bank one travels at the end of the tow-rope. And the yellow banks remind
one of the Volga or the Mississippi. The river Jhelum is the nerve of Kashmir.
@@ 201,8 185,6 @@
pierce the air with their howls. From the far distant North to the South one finds the
same structure of life. It is amazing!
- <!-- text4placeid:532 -->
-
On the northeast of Lake Vular the mountains converge. In this pass there is a kind of
compelling power. The village, Bandapur, has quite an individual character, and when you
reach the post office you can understand the importance of the site. Here, to the
@@ 279,8 261,6 @@
these calls is “The land of roses,” “The temple,” “King of Kings,” “Lotos,” “Man,” and
“All is well.” . . .
- <!-- text4placeid:14 -->
-
We live on the foothills of Pir-Panzal. The storms, continuous, blinding, last three
days in succession. The hailstones are the size of dove’s eggs. The stars are like
candles. And each week there are earthquakes.
@@ 294,8 274,6 @@
Rings of lightning! The gushing rains poured down, and hail suddenly blanched the green
hills. What a storm!
- <!-- text4placeid:14 -->
-
The series “Banners of the East” unfolded: 1. Buddha the Conqueror before the spring of
life. 2. Moses the Leader upon the summit, surrounded by the glory of the heavens. 3.
Sergius the Builder, laboring with his own forces. 4. Watch on the Himalayas. 5.
en/Nicholas Roerich - Altai-Himalaya/IX Karashahr–Dzungaria (1926).md ..
@@ 4,8 4,6 @@
---
- <!-- text4placeid:91 -->
-
Karashahr, in translation, means Black City. The Chinese call Urumchi the Red Temple
(Hung-Miao-Tzi).
@@ 21,8 19,6 @@
the signs of self-consciousness begin to appear. The prophecies of the forefathers tell
of the coming dates.
- <!-- text4placeid:91 -->
-
A dispute between a Sart Bey and the Kalmuck. The Sart says provokingly: “You have no
god.” The Kalmuck answers, calmly: “If a Sart comes among us we feed him and give him
drink, and we feed his horse and give him provisions on his journey. But if a Kalmuck
en/Nicholas Roerich - Altai-Himalaya/V Lamayuru–Hemis (1925).md ..
@@ 28,8 28,6 @@
Transparent, ephemeral, flitting is the beauty of Kashmir. It is difficult to imagine
oneself in mighty Asia. Further, further—beyond, to the rocks and amber sands.
- <!-- text4placeid:21 -->
-
Wet, rainy Baltal. We had not yet succeeded in spreading the wet tents when there arose
a new provocation. A policeman came with a report that our people had at that moment
just destroyed a sanitary post and had seriously insulted the doctor. Fortunately, the
@@ 45,8 43,6 @@
“became sick”; and when we gave them laxatives they began to demand the same medicine as
we gave to the first one.
- <!-- text4placeid:25 -->
-
In the field near Dras remarkably beautiful women were working. They were of an Arabian
type, dressed in black shirts with black bands on their heads. We thought these were
Dards but were told they were Afridi, who came to the summer pastures from Afghan; these
@@ 80,8 76,6 @@
of the new world? It is remarkable that this first Buddhist emblem happens to be just
the image of Maitreya.
- <!-- text4placeid:30 -->
-
In Maulbeck, we visited a typical Tibetan home of the old order. We climbed up on a
slanting ladder as on a raised bridge. Within was the house chapel, and an odor of
incense. We found a portly hostess—a widow. From the balconies is a wondrous view,
@@ 89,8 83,6 @@
Upon the floor near the door, a girl squeezes out vegetable oil for lamps. Behind her is
the skin of a yak, and her head is crowned by a weighty headdress of turquoise.
- <!-- text4placeid:30 -->
-
In Dras is the first sign of Maitreya. But in ancient Maulbeck, a gigantic image of the
Coming One powerfully stands beside the road. Every traveler must pass by this rock. Two
hands reach toward the sky, like the summons of far-off worlds. Two hands reach downward
@@ 115,8 107,6 @@
all the slopes near the Tibetan Kharbu? Where lies a country equal to these forsaken
spots? Let us be just and bow before such true beauty.
- <!-- text4placeid:33 -->
-
It is amazing. Here in Lamayuru, in this very stronghold not only of the Red sects but
even Bon-po, among the row of images stands a great image of Maitreya. It was placed
here about two hundred years ago. Even here did this knowledge penetrate. Maitreya alone
@@ 149,8 139,6 @@
other. On the wall of a semi-grotto where we paused for rest, the hands of some unknown
travelers had also left the figures of animals.
- <!-- text4placeid:37 -->
-
Basgo is an ancient monastery upon the sharp cliffs. Such a whimsical and variegated
line, without any minuteness, is seldom seen.
@@ 212,8 200,6 @@
in the Villa at Pisa, Wagner became filled with a true enthusiasm and his sweep is fit
for the heights of Asia. Humanity still lives by beauty.
- <!-- text4placeid:38 -->
-
An unusual fire in the village Nyimu! I was awakened by the exclamation of E.I.: “Fire!
Fire!” I awoke and saw the silhouette of E.I. against a background of undulating bluish
flame; gradually the fire died out. It appears that E.I. approached the bed and touched
@@ 313,8 299,6 @@
Mongolian lamas indicate several “safeguarded” places in the boundaries of Khangai and
Gobi. There came several hurried messengers from the Himalayas.
- <!-- text4placeid:34 -->
-
Near Kalatse many places are pointed out which are dedicated to the name of Gessar Khan:
1. Garuda—of Gessar Khan. 2. Saddle of Gessar. 3. Tambourine of Bruguma, wife of Gessar.
4. Spinning wheel of Bruguma. 5. Castle of Gessar Khan—a high rock—a white spot
@@ 362,8 346,6 @@
character. Let them go as banners: “Sanctuaries and Citadels.” Let them, by their
general tone of heroism and attainment, themselves speak for this country.
- <!-- text4placeid:39 -->
-
Spitug is a powerful monastery, the first, according to the teachings of Tsong-kha-pa.
Here are not ruins, but a living and working community. The abbot of the monastery and
his coworkers are learned and strikingly keen men. Before one has yet completely spoken,
@@ 375,8 357,6 @@
conclave of the Brotherhood of the Great Unity. One should remember the correlation of
these three symbols. This correlation has never been remarked upon or explained.
- <!-- text4placeid:39 -->
-
In both branches of Spitug, the murals are excellent, with strong tones and feeling of
balance. They have promised to procure for us the same artist who painted these stirring
walls.
@@ 388,19 368,13 @@
Turkestan. He informed us that the Amban is already awaiting us and considers us his
guests.
- <!-- text4placeid:566 -->
-
The monastery Sheh, seven miles from Leh, is wonderfully laid out. In it is a
tremendous, two-storied image of Buddha, the finest mural of any seen by us thus far.
- <!-- text4placeid:567 -->
-
In Trikshe also are the great images of Buddha, Maitreya and Manjushri. The paintings
are somewhat simpler. We did not see friendly lamas there. There was only an old
Mongolian lama who, judging by his erratic laughter, was not quite normal.
- <!-- text4placeid:565 -->
-
One must also see the reverse side of Buddhism—let us go to Hemis. On approaching one
already feels the strange atmosphere of darkness and dejection. The stupas have strange
fearful images—ugly faces. Dark banners. Black ravens fly above and black dogs are
@@ 412,28 386,20 @@
upon the neighboring sharp rocks, at morning, the stags appeared and, standing long upon
the cliffs, turned their heads to greet the sun.
- <!-- text4placeid:565 -->
-
It is an old monastery founded by a great lama who left a book about Shambhala and these
manuscripts are lying down below, out of sight, probably feeding the mice.
- <!-- text4placeid:565 -->
-
Regarding the legends of Jesus—first there was a complete denial. To our amazement
denial first comes from the circle of missionaries. Then slowly, little by little, creep
in fragmentary, reticent details, difficult to obtain. Finally it appears that the old
people in Ladak have heard and know about the legends.
- <!-- text4placeid:565 -->
-
Such legends about Jesus and the Book of Shambhala lie in the “darkest” place. And the
figure of the lama—the compiler of the book of Shambhala—stands like an idol in some
sort of fantastic headgear. And how many other relics have perished in dusty corners?
For the Tantrik-lamas have no interest in them. It was necessary to see this other side
of Buddhism.
- <!-- text4placeid:565 -->
-
And how simple it is to brush aside this grime and dust of fanaticism! How simple to
restore the stirring mural paintings! How easy to purify and to cleanse the finely
wrought statues! Nor is it difficult to bring the monastic organizations back to the
@@ 582,8 548,6 @@
had better leave you.” And there is nothing personal felt behind his motives. And how
ready he is to move farther!
- <!-- text4placeid:40 -->
-
Leh is a remarkable site. Here the legends connected the paths of Buddha and Christ.
Buddha went through Leh northwards. Issa communed here with the people on his way from
Tibet. Secretly and cautiously the legends are guarded. It is difficult to sound them
@@ 638,8 602,6 @@
Rows of people with flower wreaths on their heads, carry on their backs sheaves of
golden wheat and sing stirringly and joyously, in golden full-voiced garlands of song.
- <!-- text4placeid:40 -->
-
And so we live in a Ladaki palace. The ruins of Italian castles pale in comparison with
this picturesque pile, this mass which rises in the chalice of the many-colored
mountains. Where have we seen such lofty roof-terraces? Where have we previously walked
en/Nicholas Roerich - Altai-Himalaya/VII Khotan (1925-1926).md ..
@@ 28,8 28,6 @@
soon we were convinced that our simple friends, who had valiantly gone through all the
skeletons of Karakorum, had become saddened in Khotan, not without cause.
- <!-- text4placeid:53 -->
-
The strangest symptoms began. Not only did they not want to give us a suitable house,
but they assured us that we would have to live at the bazaar where it would be more
convenient for the Taotai to
en/Nicholas Roerich - Altai-Himalaya/X Altai (1926).md ..
@@ 39,13 39,9 @@
chanting tune, like a harmonious peal. So many nations have brought their finest
harmonies and dreams. The tread of tribes went and is returning.
- <!-- text4placeid:557 -->
-
Near Black Anui on Karagol there are caves. The depths and distances are not known.
There are bones and inscriptions.
- <!-- text4placeid:348 -->
-
And when we crossed Edigol the broadness of Altai spread before us. It blossomed in all
interblending green and blue shades. It became white with distant snow. The grass and
the flowers stood the height of a man on horseback. One cannot even locate the horses in
@@ 67,8 63,6 @@
of the new era soon. It was a woman—a young Altaian—who sensed the new steps of the
world and safeguarded the first austere law.
- <!-- text4placeid:175 -->
-
The road, washed away by rains, exhausted the horses. We stopped in Kurlyk. We shall
have to sit through the night. But it is no hardship to spend the night in a place where
the teaching of the White Burkhan and his benevolent friend Oirot were born. The name of
@@ 171,8 165,6 @@
ashamed. . . . Now we ought to have real American machines. It is time to free the
horses.” ...
- <!-- text4placeid:510 -->
-
Again one sees a striving toward vigilant cooperation. And new herds are fattening on
the high ridges. And from the Studenyi summit one can see best Beluha itself—of whom
even the deserts whisper.
@@ 224,8 216,6 @@
fillet, one cannot judge what the heavy-garbed man whom we encounter is carrying with
him.
- <!-- text4placeid:174 -->
-
Ust Kan is the last telegraph station. From there we sent the first telegram ever sent
to America. The telegraph operator was upset. He offered to send it by mail to Biisk. He
had never dealt with such a fearful animal as America! But we insisted. And he promised
@@ 422,19 412,13 @@
vivid and the green grasses and cedars are calming. Who has said that Altai is cruel and
unapproachable? Whose heart has become fearful of the austere power and beauty?
- <!-- text4placeid:587 -->
-
On the seventeenth of August we beheld Beluha. It was so clear and reverberant. Verily,
Zvenigorod!
- <!-- text4placeid:587 -->
-
Beyond Beluha there appears the crests of Kunlun so beloved to the heart, and beyond
that “the mountain of the Divine Queen” and “Five Treasure Troves of the Snows.” And
herself, “the Queen of the White Snows,” and all the written and unwritten, the spoken
and the unspoken.
- <!-- text4placeid:587 -->
-
“Between the Irtysh and Argun. Over Kokushi. Through Bogogorshi, over Ergor itself,
rides a horseman.
\ No newline at end of file
en/Nicholas Roerich - Altai-Himalaya/XI Mongolia (1926-1927).md ..
@@ 4,27 4,19 @@
---
- <!-- text4placeid:135 -->
-
***Bang!***
A shot. The bullet pierced the window. It is good that George had just gone away from
the window at that very moment. Who shot? Was it intentional, or was it a prank?
- <!-- text4placeid:135 -->
-
We are forewarned: “But you will not depart.” I answer: “We shall depart as always. We
shall not delay even for one day.” Our Americans arrive. Boris is with them. The doctor
is annexed. After a long correspondence, N. K. is found. Ludmilla and Raya will go with
us: the first thirteen-year-old girl traveler into Tibet.
- <!-- text4placeid:135 -->
-
The Tibetan Donyer (Consul) is coming. He brings a Tibetan passport and a letter to the
Dalai Lama. The Donyer gives such passports to pilgrims. Our knowledge of Buddhism
entitles us to receive the same attention.
- <!-- text4placeid:135 -->
-
Four Buriat lamas come and ask us to take them with us. They saw the banner of the
Expedition—the image of Maitreya with Ak-Dorje on top. All the servants have put little
signs of Ak-dorje upon their caps. And like recruits they walk through Ulan Bator Khoto.
@@ 45,8 37,6 @@
the temple-shrine where the painting “Ruler of Shambhala” will be placed with other
venerated objects.
- <!-- text4placeid:135 -->
-
The publication of “Foundations of Buddhism,” and “New Era” is being completed. It is
difficult to give a fine form to the book in a little printer’s shop. The former lama,
now a lithographer, lovingly redraws for the book “The Conquering Buddha” with the fiery
@@ 64,8 54,6 @@
majestic. But often humanity errs in its appraisals and the small “proves to be great.”
Unprejudiced, without superstition, we shall observe the reality.
- <!-- text4placeid:135 -->
-
Again all sorts of difficulties and expectations. And again unexpected friends. Among
them the Esperantist. They help us to depart and prove an attentive escort. Like towers,
are the highly packed automobiles.
@@ 75,8 63,6 @@
proved to be the same one about the future Mongolia as was given to us by a lama in
Sikhim. It is well remembered in Mongolia.
- <!-- text4placeid:630 -->
-
The action of will used at a great distance has been remarkably developed in Mongolia.
Quite recently one young Mongolian lama wrote a book about the path to Shambhala. Books
about this path written by the Tashi Lama, the Abbot of Wu-t’ai-shan, a Buriat lama, are
@@ 88,8 74,6 @@
the so-called Manjushri Khit. From it the late Bogdo-Gegen was kidnapped. All places in
Mongolia are enveloped in legend.
- <!-- text4placeid:530 -->
-
In the camp among the yurtas and the herds, upon the hills of the Gobi, the Mongols of
our convoy are heard singing a song about Shambhala recently composed by a Mongolian
hero, Suche Bator: “We march to the holy war of Shambhala. Let us be reborn in the
@@ 228,8 212,6 @@
to them that they were at the hallowed border of Shambhala. Does the Dalai Lama know
much of Shambhala? The Tashi Lama knows far more.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
On July fifth we celebrated the Festival of Maitreya. In the tent of Shambhala a long
service was performed and neighboring Mongols came and sang with our lamas.
@@ 238,8 220,6 @@
amulets around their necks. Whirlwind and sandstorm. At two o’clock in the afternoon we
had to box ourselves tightly within the tents and light the candles.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
I draw a plan of a Suburgan on the site of Shambhala where the Great Guardian stopped
for the night. On July eleventh Nyerva from Kumbum monastery brings the prophecies and
the new prayer of the Tashi Lama to Shambhala.
@@ 268,28 248,20 @@
space is amazing. There is even news of the passing here of the Mahatma forty years ago.
Again a veritable buran and showers. It is cold.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
On July twentieth directions of the utmost importance reached us. They are difficult to
execute but they may lead to certain results. No one in the caravan as yet suspects our
immediate program.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
On the next day also important news came and once again our fellow-travelers did not
know of it. Compare these dates with your events. Gold was brought from Ulan Davan. Once
again the gale. Raya, who is already thirteeen years old, has never yet heard of Christ.
Thus do the fundamental teachings vanish out of life.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
July twenty-fourth. This is not only our day, but also the day of the completion of our
Suburgan. Mongols help in the erection of it and bring the treasure—norbu-rinpoche—tiny
stones and seeds to put into the chalice of the Suburgan. Within is also laid the
Ak-dorje and the Maitreya Sanga.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Lai—in Hindu means red.
The end of July: “I am going joyously into the battle.” Lapis exilis—the wandering
@@ 297,8 269,6 @@
best currents for the happy decision of the works.” We decide to start through Tsaidam
to Tibet on August 19th. We shall dare to cross dangerous Tsaidam in a new direction.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Toward evening on the twenty-eighth N. V. came galloping along with his sword and the
ring. We had hardly time to hear him, when, down the canyon, in place of the peaceful
stream, swept a devastating torrent. This was the result of the strange night-tumult in
@@ 308,14 278,10 @@
departure, for some inexplicable reason, the tankas sent by us to Y. were destroyed by
fire. It is significant! Correlate!
- <!-- text4placeid:220 -->
-
We complete the Suburgan. The Elder Lama of Tsaidam comes to consecrate it. Prince
Kurlik Beise sends envoys; he offers his caravan. It is significant because the Prince
usually molests travelers.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
On August fifth—something remarkable! We were in our camp in the Kukunor district not
far from the Humboldt Chain. In the morning about half-past nine some of our caravaneers
noticed a remarkably big black eagle flying above us. Seven of us began to watch this
@@ 327,8 293,6 @@
time to take our field glasses and saw quite distinctly an oval form with shiny surface,
one side of which was brilliant from the sun.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
On August seventh the Suburgan was consecrated. Gegen of Tsaidam arrived; about thirty
Mongolian guests also came. We held the service to the Suburgan. They promised to guard
the Suburgan of Shambhala. If only the Dungans would not destroy it!
@@ 341,8 305,6 @@
Sining Amban, arrived. They examined our passports. Of course, again extortion. We paid
the Chinese. The Mongols are indignant about this incident.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Unexpected guests come swiftly from out the desert. Toward evening a mysterious
stranger, in a beautiful gold embroidered Mongol garb, came galloping along. Who was he?
Hurriedly he entered the tent. Without naming himself he said that he was our friend,
@@ 389,8 351,6 @@
near the camp we find a fresh camp-fire and a lost long-pipe. The place has been
recently inhabited.
- <!-- text4placeid:475 -->
-
In the morning we proceed as usual. In the front, George and P. K. Then all of us on
horseback—we and the lamas. Behind at a distance the Torguts with the mules and further
behind, the caravan with camels, guarded by Golubin, Konchok and Tsering. In front of us
@@ 407,8 367,6 @@
spear—but the Panagis said, “We cannot sell it. It is our friend.” The chief thing is
always to act boldly!
- <!-- text4placeid:240 -->
-
The next day another attack was prepared but a terrific snowstorm, mingled with thunder,
dispersed the superstitious Panagis. And so we crossed Naiji. We admired the tremendous
herds of wild yaks. One of them was killed by the Torguts. Before us was the snow ridge,
@@ 422,8 380,6 @@
summer. But now, in the fall the water is not higher than the reins of the horses. Only
two horses sank. Even the Blue River with its swift current was not an obstacle.
- <!-- text4placeid:420 -->
-
We look for the Tibetan outposts. Why are they not here? Something glows white in the
distance. . . . Snow—but there is no snow around here. Is it a tent? But this is
something truly superb. It is a gigantic geyser of glauber salt. A snowy mass—glistening
en/Sina Fosdick - My Teachers: Meetings with the Roerichs/Travel from Biisk to Upper Uimon.md ..
@@ 4,8 4,6 @@
---
- <!-- text4placeid:167 -->
-
Next day, started later than planned. Mother disliked the driver, Edokoff, [and] said we
will have trouble, begged us to drop him and take other horses, driver, and carriages.
We did not listen to her, [but] her words as always were prophetic. We had a very
en/Sina Fosdick - My Teachers: Meetings with the Roerichs/x.md ..
@@ 23,7 23,5 @@
[but he did so] with complete faith and belief, having family [E.I. and N.K.] and
trusting them. For that, [he] received a ring and was brought closer.
- <!-- text4placeid:123 -->
-
Astonishment of all in Milton, that such a tremendous amount of baggage was brought
without examination. Grabar said that usually two trunks at least are examined!
\ No newline at end of file
ru/ЗГ Фосдик - Воспоминания о Рерихах/Отъезд Рерихов и Лихтманов из Москвы на Алтай.md ..
@@ 4,8 4,6 @@
---
- <!-- text4placeid:123 -->
-
Уезжали 22-го — знаменательный день — похороны [Ф.Э. Дзержинского] и толпы людей,
музыка, пушечные залпы, все выдающиеся личности проходят мимо — мы стоим на балконе
[гостиницы «Большая Московская»]. Очень нервничаем, что можем опоздать к поезду; наконец
@@ 25,7 23,5 @@
мгновения не колеблясь и не сомневаясь, всецело доверяя Е.И. и Н.К. За это он получил
кольцо и был приближен.
- <!-- text4placeid:123 -->
-
Все в Москве были изумлены, что такое огромное количество багажа не было подвергнуто
таможенному досмотру. Грабарь сказал, что обычно даже два чемодана досматривают!
\ No newline at end of file
ru/ЗГ Фосдик - Воспоминания о Рерихах/Путешествие из Бийска в Верхний Уймон.md ..
@@ 4,8 4,6 @@
---
- <!-- text4placeid:167 -->
-
На следующий день приступили к делам позже, чем планировалось. Е.И. не понравился
возница Едоков, сказала, что у нас с ним будут неприятности, умоляла нас оставить его и
взять других лошадей, возницу и брички. Мы не послушались, но слова ее, как всегда,
ru/НК Рерих - Алтай - Гималаи/I Цейлон – Гималаи (1923–1924).md ..
@@ 4,14 4,10 @@
---
- <!-- text4placeid:538 -->
-
"Урус карош!" – кричит лодочник в Порт-Саиде, увидав мою бороду. Всюду на Востоке звенит
этот народный привет всему русскому. И сверкает зеленая волна, и красная лодка, и
бело-голубая одежда, и жемчуг зубов: "Карош урус!". Привет Востока!
- <!-- text4placeid:615 -->
-
Вот и Синай показался в жемчужной дымке.
Вот источник Авраама. Вот и "двенадцать апостолов" – причудливые островки.
Вот и Джидда, преддверие Мекки.
@@ 28,32 24,22 @@
Россией", – деловито, без всякой сентиментальности говорит японец. И деловитость пусть
будет залогом сотрудничества.
- <!-- text4placeid:541 -->
-
В Каире в мечети сидел мальчик лет семи-восьми и нараспев читал строки Корана. Нельзя
было пройти мимо его проникновенного устремления. А в стене той же мечети нагло торчало
ядро Наполеона. И тот же завоеватель империи разбил лик великого Сфинкса.
- <!-- text4placeid:541 -->
-
Если обезображен Сфинкс Египта, то Сфинкс Азии сбережен великими пустынями. Богатство
сердца Азии сохранено, и час его пришел.
- <!-- text4placeid:478 -->
-
Древний Цейлон – Ланка Рамаяны. Но где же дворцы и пагоды? Странно. В Коломбо встречает
швейцарский консул. Полицейский – ирландец. Француз торговец. Грек с непристойными
картинками. Голландцы чаевики. Итальянец шофер. Где же, однако, сингалезы? Неужели все
переехали в театры Европы?
- <!-- text4placeid:478 -->
-
Первые лики Будды и Майтрейи показались в храме Келания около Коломбо. Мощные
изображения хранятся в сумерках храма. Хинаяна гордится своей утонченностью и чистотой
философии перед многообразной махаяной.
- <!-- text4placeid:478 -->
-
Обновленная большая ступа около храма напоминает о древнем основании этого места.
Впрочем, и все Коломбо, и Цейлон только напоминают по осколкам о древней Ланке, о
Ханумане, Раме, Раване и прочих гигантах.
@@ 66,8 52,6 @@
развалинам, где один дворец имел девятьсот помещений, нельзя подходить без достаточного
вооружения. Цейлон важное место.
- <!-- text4placeid:513 -->
-
Общие купания около кисло-сладкой горы Лавиния не являют царство гигантов древности.
Тонкие пальмы стыдливо нагнулись к пене прибоя. Как скелеты, стоят фрагменты
Анурадхапуры; [учтем, что Анурадхапура не вполне исследована. И Адамов пик не
@@ 79,8 63,6 @@
Неужели Индия? Тонкая полоска берега. Тощие деревца. Трещины иссушенной почвы. Так с юга
скрывает свой лик Индия. Чёрные дравиды еще не напоминают Веды и "Махабхарату".
- <!-- text4placeid:479 -->
-
Пестрый Мадурай с остатками дравидских нагромождений. Вся жизнь, весь нерв обмена около
храма. В переходах храма и базар, и суд, и проповедь, и сказатель Рамаяны, и сплетни, и
священный слон, ходящий на свободе, и верблюды религиозных процессий. Замысловатая
@@ 88,8 70,6 @@
этом, но городской совет не послушал его и расцветил храм по-своему; Сарма горюет, что
многое тонкое понимание уходит и заменяется пока безразличием.
- <!-- text4placeid:479 -->
-
Предупреждает не ходить далеко в европейских костюмах, ибо значительная часть населения
может быть враждебна. А в Мадурае все-таки один миллион жителей. Сарма расспрашивает о
положении художников в Европе и в Америке. Искренно удивляется, что художники Европы и
@@ 103,8 83,6 @@
Сам Сарма – высокий, в белом одеянии, с печально-спокойною речью, ждет что-то лучшее и
знает всю тяготу настоящего.
- <!-- text4placeid:547 -->
-
Часто жалуются в Индии на недостаток сил. Говорят, что тем же страдает школа
Рабиндраната Тагора в Больпуре. Недавно, в 1923 году, школа понесла тяжелую утрату. Умер
друг дела Пирсон; помните его прекрасную книжечку "Заря Востока"? Было в школе несколько
@@ 114,16 92,12 @@
средства и личным воздействием доставать вспомоществование от махараджей и навабов. Но
что будет, если дело останется без руководителя и без притока средств?
- <!-- text4placeid:547 -->
-
С Тагором не пришлось повидаться. Странно бывает в жизни. В Лондоне поэт нашел нас.
Затем в Америке удавалось видаться в Нью-Йорке, а Юрию – в Бостоне, а вот в самой Индии
так и не встретились. Мы не могли поехать в Больпур, а Тагор не мог быть в Калькутте. Он
уже готовился к своему туру по Китаю, который прошел так неудачно. Китайцы не восприняли
Тагора.
- <!-- text4placeid:546 -->
-
Бывали многие странности. В Калькутте мы хотели найти Тагора. Думали, что в родном
городе достаточно упомянуть его имя, ибо все знают поэта. Сели в мотор, указали везти
прямо к поэту Тагору и бесплодно проездили три часа по городу. Прежде всего нас привезли
@@ 132,14 106,10 @@
проводников, и так мы наконец сами припомнили название улицы, Дварканат-стрит, где дом
Тагора.
- <!-- text4placeid:546 -->
-
Передавали, что, когда Тагор получил Нобелевскую премию, депутация от Калькутты явилась
к нему, но поэт сурово спросил их: "Где же вы были раньше? Я остался тем же самым и
премия мне ничего не прибавила". Привет Тагору!
- <!-- text4placeid:546 -->
-
Мы встретили родственников нашего друга Тагора. Абаниндранат Тагор, брат Рабиндраната, –
художник, глава бенгальской школы. Гоганендранат Тагор, племянник поэта, – тоже
художник, секретарь бенгальского общества художников. Теперь он подражает модернистам.
@@ 148,8 118,6 @@
Привет художникам Индии! Отчего во всех странах положение ученых и художников так
необеспеченно?
- <!-- text4placeid:546 -->
-
Тернист путь и индусских ученых. Вот у нас на глазах борется молодой ученый Боше Сен,
биолог, ученик Д. Боше. Он организовал свою лабораторию имени Вивекананды. В его тихом
домике над лабораторией помещается комната, посвященная реликвиям Рамакришны,
@@ 160,15 128,11 @@
Оба лица поражают своею чистотой и устремленностью. Мы посидели в полном молчании у
этого памятного очага. Привет!
- <!-- text4placeid:546 -->
-
[Кто объяснит, почему путь знания и красоты наиболее трудный? Почему человечество так
неохотно принимает все сужденное? И потому тем большая радость видеть в Индии признаки
подъема знания и искусства. Радостно видеть, что в Индии растет число школ и что легионы
новых просвещенных работников науки и красоты готовы служить победе эволюции.]
- <!-- text4placeid:546 -->
-
Тут же, в Калькутте, недалеко за городом два памятника Рамакришны. На одном берегу
Дакшинесвар – храм, где долго жил Рамакришна. Почти напротив, через реку, – Миссия
Рамакришны, усыпальница самого учителя, его жены, Вивекананды и собрание многих памятных
@@ 176,26 140,18 @@
заботился об этом месте. Тут много тишины, и с трудом сознается, что это так близко от
Калькутты со всеми ее ужасами базаров и сумятицы.
- <!-- text4placeid:546 -->
-
Мы встретили сестру Кристину, почти единственную оставшуюся в живых ученицу Вивекананды.
Ее полезная работа была прервана войною. И вот после долгого ряда лет сестра Кристина
снова приехала на старое пепелище. Люди изменились, сознание занято местными проблемами,
и нелегко сестре Кристине найти контакт с новыми волнами жизни.
- <!-- text4placeid:546 -->
-
В памятный день Рамакришны собирается до полумиллиона его почитателей.
- <!-- text4placeid:491 -->
-
После самого чистого – к самому ужасному. В особых кварталах Бомбея за решетками сидят
женщины-проститутки. В этом живом товаре, прижавшемся к решеткам, в этих тянущихся
руках, в этих выкриках заключен весь ужас осквернения тела. И индус-садху с возжженными
курениями в руках медленно проходит этим ужасным местом, пытаясь очистить его.
- <!-- text4placeid:491 -->
-
Калькутта, так же как Бомбей и Мадрас, как и все портовые города, оскорбляет лучшие
чувства. Здесь гибнет народное сознание.
@@ 214,8 170,6 @@
литературу. Американский Экспресс имел много переписки, прежде чем мог доставить нам
посылку. А оттиски статьи Юрия и совсем не дошли из Парижа.
- <!-- text4placeid:481 -->
-
Рычат тигры в Джайпуре. Махараджа запрещает стрелять их. Пусть лучше пожирают его
подданных, но его светлость должна иметь безопасную забаву стрельбы тигров из павильона
на спине слона. В Голта Пасс сражаются два племени обезьян. Проводник устраивает этот
@@ 226,8 180,6 @@
"Спиритуалист" предлагает заставить коляску двигаться без лошадей, но для этого нужно,
"чтобы на небе не было ни одного облачка".
- <!-- text4placeid:483 -->
-
И тут же рядом фантастичный и романтичный обломок старой Раджпутаны – Амбер, где с
балконов принцессы смотрели на турнир искателей их сердец. Где каждые ворота, где каждая
дверка поражают сочетаниями красоты. И тут же углубленный и причудливый Голта, который
@@ 236,8 188,6 @@
неиспорченного индо-мусульманского города. Фатехпур Сикри, Агра – редкие обломки ушедшей
культуры. Но стенопись Аджанты уже не прочна.
- <!-- text4placeid:483 -->
-
Все остатки строительства Акбара имеют налет какой-то грусти. Здесь великий объединитель
страны хоронил свои лучшие мечты, так непонятые современниками. В Фатехпур Сикри он
беседовал со своим мудрым Бирбалом и с немногими, понявшими его уровень. Здесь он строил
@@ 247,8 197,6 @@
быть, уже знал, как последний император дотянет до половины девятнадцатого века, торгуя
мебелью своего дворца и ковыряя из стен дворца в Дели осколки мозаик.
- <!-- text4placeid:485 -->
-
Новый Дели с какими-то ложноклассическими колоннами, казарменно-холодными, нарочито
вычурными, показывает, что это строительство не может иметь общее понимание с сознанием
Индии.
@@ 273,8 221,6 @@
делать шведский Стокзунд. М нельзя команчей и апачей видеть в коттеджах Бостона.
Соизмеримость должна быть соблюдена.
- <!-- text4placeid:486 -->
-
Седобородый человек на берегу Ганга, сложив чашу рук, приносил все свое достояние
восходящему солнцу. Женщина, быстро отсчитывая ритм, совершала на берегу утреннюю
пранаяму. Вечером, может быть, она же послала по течению священной реки вереницу
@@ 291,8 237,6 @@
торжественных сожжений, которые описал искусный арабский гость Ибн-Фадлан. Всюду те же
очищающие сожжения.
- <!-- text4placeid:486 -->
-
Много благовоний, розовой воды и пахучего сандалового дерева. Потому не тяжел дым
сожжений в Бенаресе. И в Тибете сожжение тоже принято.
@@ 304,12 248,8 @@
Обратите внимание на нежные детские игры Востока. Послушайте сложный ритм пения и тихой
музыки. Нет грубых бранных слов Запада.
- <!-- text4placeid:487 -->
-
Махараджа Майсора просыпается под особые песни. Песни начала и конца.
- <!-- text4placeid:479 -->
-
В Мадурае, в тесном закоулке, старик чеканит изображения "богов". Последний старик, с
ним умрет это уменье. Прошлое умирает. Так приходит будущее.
@@ 346,8 286,6 @@
Слишком рано ушел Вивекананда. Боше и Тагор – лучшие лики Индии.
- <!-- text4placeid:542 -->
-
Фрески Аджанты, мощная Тримурти Элефанты и гигантская ступа в Сарнате – все это говорит
о каких-то других временах, теперь уже неприложимых. Существует известие, что уже во
времена Будды культура Индии начала поникать. И сейчас, может быть, нигде так не
@@ 360,8 298,6 @@
последние зерна риса. Не много счастья принесло им это изображение. Индию надо знать не
только из дворцов махараджи.
- <!-- text4placeid:545 -->
-
По разным соображениям, понятным лишь для бывших на Востоке, пришлось отказаться от
личной встречи с Ауробиндо Гхошем. Помните ли, видели ли замечательные предсказания
Гхоша о ближайших судьбах человечества в Азии? Эти замечательные письма Поля Ришара и
@@ 391,8 327,6 @@
научное объяснение этого незапамятного понимания мудрого распределения сил. Но ведь
сейчас, вне всяких пониманий, идет суеверное поклонение.
- <!-- text4placeid:486 -->
-
Другое безобразное зрелище! В Золотом храме в Бенаресе мимо нас провели белую козочку.
Ее увели в святилище. Там, вероятно, она была одобрена, ибо через малое время ее,
отчаянно упиравшуюся, спешно протащили перед нами. Через минуту она была растянута в
@@ 478,14 412,10 @@
себя называют "дикие псы". Там уже времена Зигфрида: закрепляют братскую клятву,
смешивая и выпивая братскую кровь. Не расстаются с оружием.
- <!-- text4placeid:5 -->
-
Складывается серия "Его страна" и начинается серия "Знамена Востока". В июне после
первых дождей оказалось, что вся темпера покрылась белыми пятнами плесени. Нужно было
усиленно топить, чтобы она высохла и начала сходить.
- <!-- text4placeid:5 -->
-
"Его страна". В самом Сиккиме находился один из Ашрамов Махатм. В Сикким Махатмы
приезжали на горных конях. Их физическое присутствие сообщает торжественную
значительность этим местам. Конечно, сейчас Махатмы оставили Сикким. Но они были здесь.
@@ 507,8 437,6 @@
знания наши, но я иду из страны, где жил и учил сам Благословенный Татхагата, и это
сознание возносит меня".
- <!-- text4placeid:493 -->
-
Какие магниты заложены в Индии? Неповторяема прелесть детского хоровода под Мадрасом.
Эти крошечные Гопи и малюсенький Кришна – Лель и Купава. Самые лучшие образы рассыпаны в
неосознаваемом богатстве. Индия знает всепроникающее качество магнита.
@@ 754,8 682,6 @@
Тибета, и эта срединная страна хранит потенциал своего достоинства. Умеет хранить
непроницаемо.
- <!-- text4placeid:613 -->
-
Около Гума стоит высокая скала. Говорят, на вершине ее лежит знаменательное пророчество.
В каждой ступе положены какие-нибудь значительные предметы. Ошибочно думать, что те
книжные полки, которые показывают в храмах некоторым путешественникам, составляют все
ru/НК Рерих - Алтай - Гималаи/II Сикким (1924).md ..
@@ 91,8 91,6 @@
В древнем городе Киш недавно найден храм Матери Мира.
- <!-- text4placeid:586 -->
-
Сарнат и Гайя, места личных подвигов Будды, лежат в развалинах. Являются лишь местом
паломничества. Так же как Иерусалим остается лишь местом паломничества. "Ибо сам Иисус
свидетельствовал, что пророк не имеет чести в своем отечестве".
@@ 373,8 371,6 @@
Даже физический мир учения тантры, опустившийся в современном понимании, должен быть
очувствован возвышенно. Не мог учитель Падма Самбхава явить лишь низменное учение.
- <!-- text4placeid:595 -->
-
Смотрю на старую картину из монастыря Далинга. Деяния Учителя Падма Самбхавы. Все его
магические силы изображены в действии. Вот учитель в виде черноголового ламы с
Соломоновой звездой на головном уборе поражает дракона. Вот учитель низводит дождь; вот
@@ 386,8 382,6 @@
счастливом плавании отсутствующего домохозяина. Как бы ни было теперь затемнено его
учение, но жизненность его изображена достаточно.
- <!-- text4placeid:595 -->
-
Или другая старинная картина – "Рай Падма Самбхавы". Учитель сидит в храме, окруженный
праведными. Храм стоит на горе, отделенной от земного мира голубою рекою. Через реку
протянуты белые хадаки, и по ним самоотверженные путники совершают переход ко храму.
@@ 425,8 419,6 @@
Но вот ведут святого – в одеянии ламы. Белый шарф украшает его. Конечно, суд милостив, и
три вестника радости ведут вознесенного в рай.
- <!-- text4placeid:613 -->
-
Пятнадцать лет назад умер замечательный лама, пришедший из Монголии. Астрологически он
установил ряд важных событий будущего. Видели его изображение в типе русского схимника.
Сильный лик, непобедимо тверды скулы, остро зорки глаза. "Во время ухода этого сильного
@@ 481,8 473,6 @@
зеленые нити. Змеи переплели стволы. Притаились мшистые тигры и леопарды. Заколдованный
мир.
- <!-- text4placeid:550 -->
-
Самые причудливые холмы и скалы образуют как бы Священную Чашу – обширную долину.
Посередине долины неприступно стоит опоясанная двумя реками гора Белый
Камень, увенчанная монастырем Ташидинг, что значит "долина, открытая небу". Древнее
@@ 491,38 481,26 @@
бессмертную амриту, и сто изображений Будды, и все священные, временно сокрытые книги, и
все другое, указанное в древней рукописной книге "Путешествие по Сиккиму".
- <!-- text4placeid:550 -->
-
Очень трудны подступы к Ташидингу. Лишь недавно непроходимые тропы обратились в крутые
пешеходные тропинки. Поистине, путь духа должен быть пройден ногами человеческими!
- <!-- text4placeid:550 -->
-
Один переход через висячий бамбуковый мост не легок. Гремит и мчится под ним горная
река, неся ледяной поток с Канченджанги. И выше моста по отвесным склонам много раз
остановитесь: дойду ли? Много дыхания надо набрать, чтобы одолеть вековую гору.
- <!-- text4placeid:550 -->
-
На верхнем склоне нам устроена почетная встреча от землевладельцев. Брага, сахарный
тростник и танжерины под плетеным навесом, украшенным желтыми букетами. Дальше гремят
барабаны и звенят серебряные гонги. Встреча от монастыря. На последнем уступе встречают
рожочники и трубы.
- <!-- text4placeid:550 -->
-
Среди рядов пестрой толпы идете к старому месту. За воротами монастыря встречают нас
ламы в пурпурных одеждах. Впереди их чудесный старик – настоятель монастыря. Точно
тонкое резное изображение XV века. Так идете до раскинутых бирюзовых палаток, среди леса
ступ и разноцветных знамен, среди веселых верениц огней.
- <!-- text4placeid:550 -->
-
В первое полнолуние после Нового года (было 20 февраля) в Ташидинге годовой праздник.
Происходит чудо наполнения чаши.
- <!-- text4placeid:550 -->
-
С давних времен, более восьми поколений, заповедано это чудо. Из указанного места горной
реки берется небольшой сосуд воды и вливается в старинную деревянную чашу. В присутствии
свидетелей, представителей махараджи Сиккима, чашу закрывают плотно и запечатывают.
@@ 531,13 509,9 @@
великой войны вода в три раза увеличилась, что и означало войну. Нынче вода вдвое
уменьшилась, что значит голод и беспорядки.
- <!-- text4placeid:550 -->
-
Это недобрый знак увеличился еще другим знамением. Двадцатого февраля было полное
затмение. Небывалый знак, недобрый.
- <!-- text4placeid:550 -->
-
Загудели трубы, пронзительно завыли свистки, народ в костюмах из "Снегурочки" устремился
к большой ступе. Громкий хор пошел толпой вокруг. Многие распростерлись ниц на земле.
Гулко загремели барабаны лам. Только что ясное лунное небо зачернело. Золотые огни
@@ 629,8 603,6 @@
**ДАЛАЙ-ПХО-БРАНГ**
- <!-- text4placeid:548 -->
-
Ташидинг принадлежит к приходу большого монастыря Пемайанцзе в дне пути. Тоже на
вершине. Пемайанцзе стоит властно. Недавно перестроен, но сделано подновление с чутьем.
И даже новейшая живопись доставляет радость своей тонкой замысловатой декорацией. И
@@ 640,49 612,35 @@
восьмидесятилетний настоятель Ташидинга. И все-то он борется, и заботится, и старается
улучшить строение свое. И хозяйственный глаз его везде проникает.
- <!-- text4placeid:548 -->
-
За воротами Пемайанцзе стоят стражи трехсотлетних деревьев. Сказочный лес Берендея. А
уличка домов лам, как берендейская слобода, раскрашена и оснащена крылечками цветными и
лесенками.
- <!-- text4placeid:564 -->
-
Вот "Небесная Священная Гора", и на вершине ее блестит горное озерко. Там маленький
храм, основанный на месте жития основателя красной секты в Сиккиме. Из Дубди основатель
перешел на Святое озеро, а оттуда в древний Санга Челлинг.
- <!-- text4placeid:564 -->
-
Четыре древнейших монастыря Сиккима: Дубди, Санга Челлинг, Далинг и Роблинг. И значение
названий отличное: "Место размышления", "Остров тайного учения", "Остров молнии",
"Остров счастливого устремления".
- <!-- text4placeid:549 -->
-
Славный монастырь Санга Челлинг. Незабываем Далинг бело-синим, словно фарфоровым, входом
среди бамбуковой рощи. Там бережно у алтаря хранится запечатанный, невскрываемый ящик с
реликвиями основателя храма. Знамена – золотые по черному фону. В Санга Челлинге нет
реликвий, но зато там камень, освященный благословением основателя. Когда чиста жизнь
монастыря, прочен и камень. Всякая грязь жизни заставляет камень трескаться.
- <!-- text4placeid:548 -->
-
Вот они, мои милые новгородские и ярославские дверки. Вот она, прекрасная фресковая
живопись. Вот они, цветные орнаменты, обвившие все наличники оконцев и дверей. Вот те же
согбенные спины богомольцев, преданных вере. И огни прилежных приношений. И наши кули
засвечают огонек. Истинная лепта вдовицы. А над ними властно возвышается "Держатель
молний".
- <!-- text4placeid:548 -->
-
В Пемайанцзе учитель Падма Самбхава не был, но в монастыре хранятся вещи, принадлежавшие
основателю религии. Вещи запечатаны, но изредка показываются. Одеяние, головные уборы,
четки, колокольчики чудного звона, два магических кинжала и небольшое чудесное
изображение Будды.
- <!-- text4placeid:548 -->
-
И трубы громче в Пемайанцзе, и драконы-охранители страшнее, и влияние монастыря больше,
и развалины дворца махараджи вблизи. Первый махараджа был по-библейски избран на царство
главою религии. Но фигуры Майтрейи нет в большом монастыре.
@@ 723,8 681,6 @@
украшают голову на торжествах. Без конца полезных растений, ждущих лучшего применения и
изучения.
- <!-- text4placeid:590 -->
-
Листы травы ауа дути "размягчают" камни, так же как
и снежные лягушки в Гималаях. Потому, если видите на камне отпечаток копыта оленя или
лапы зверя, значит, они или ели, или касались чудесной травы. Еще один поворот к
@@ 799,8 755,6 @@
чудесные знаки. Восьмилетний Учитель показался миру в цветке лотоса. Падма Самбхава не
умер, но ушел, чтобы научить новые страны. Без его ухода миру грозила бы опасность.
- <!-- text4placeid:597 -->
-
В пещере Кандро Сампо, недалеко от Ташидинга, около горячих ключей жил сам Падма
Самбхава. Некий гигант вздумал строить проход на Тибет и пытался проникнуть в Священную
Страну. Тогда поднялся Благой Учитель, возвысился ростом и поразил дерзкого попытчика.
@@ 880,8 834,6 @@
"Страна небесных ступеней"? Лучшего преддверия к тайнам будущего трудно придумать.
Неисследованная, малопроникаемая страна скал и цветов.
- <!-- text4placeid:591 -->
-
Как в сказке, как на блюдечке за серебряным яблочком, открываются холмы и ступени
Гималаев. Сто монастырей Сиккима; наверное, гораздо больше. Каждый из них увенчал
вершину холма. Малый храмик в Чаконге. Большой субурган и монастырь в Ринченпонге. На
ru/НК Рерих - Алтай - Гималаи/III Пир-панджал (1925).md ..
@@ 60,18 60,12 @@
колодца почерпнута романская химера, звериный орнамент Алтая и зверьки Китайского
Турекстана и Китая. Сибирские пути народов далеко вынесли одинаковый смысл украшений.
- <!-- text4placeid:610 -->
-
Твердо стоит крепость Акбара. Но когда подымитесь по всем кручам и ступеням, то видно,
что старые кирпичи и глинобитная смазка с трудом держатся. Своды готовы упасть.
- <!-- text4placeid:612 -->
-
Нишад – сад Акбара – занял место от озера до взгорья. Высокое место. Строения скромны и
по углам любимые им башенки. Характер простоты и ясности.
- <!-- text4placeid:611 -->
-
Шалимар – сад Джахангира – тоже в характере своего хозяина, стоит "для себя". Меньше
внешнего вида, больше роскоши. Той роскоши, которая довела до нищеты потомков моголов.
Последний могол, в Дели, тайно продавал мебель из дворца и разрушал ценные облицовки
@@ 80,8 74,6 @@
Ткач Кашмира сопровождал каждый узор особым напевом. Великую гармонию труда напоминает
такое искание ритма.
- <!-- text4placeid:607 -->
-
Ни в одной песне не сказывается, отчего гора "Трон Соломона" носит это имя. Ведь это
место очень древнее. Еще Джанака, сын Ашоки, утвердил там один из первых буддийских
храмов. Через семь веков храм был перестроен и посвящен Махадеве... Но откуда имя
@@ 99,8 91,6 @@
Лиловый ирис всегда будет напоминать мусульманское кладбище. Они залиты этими цветами.
Но вот радость: распустилась сирень, закивали ландыши, и забелела черемуха...
- <!-- text4placeid:609 -->
-
После "мелкого рисунка" современного Кашмира отдыхаете на развалинах Мартанда и
Авантипура. И здесь девятый и десятый век дали расцвет. Здесь фантастика азиатской
колыбели романеска торжественно слилась с радостным культом Вишну. Чувствуете, что и
@@ 129,27 119,19 @@
"Гулиджан-Марда", "Илло-Алладин-Шабаша", "Илайла-Сулейман" – перекликаются гребцы. Весла
с сердцевидной лопаткой режут желтую воду.
- <!-- text4placeid:13 -->
-
Современному Шринагару не более 150–200 лет. От старого "города солнца" ничего не
осталось. Старые мечети остались лишь в остовах. В уродливых облицовках "набережной"
видны следы рельефов отличных камней девятого, одиннадцатого веков. Отдельные осколки,
ничто не связывает их с грязными домиками современности.
- <!-- text4placeid:13 -->
-
Старые мосты должны скоро рухнуть. Кто положил начало кашмирских каналов? Кто обсадил
дороги частым тыном тополей? Не сделал ли это кто-то из пришельцев от Средней Азии, где
зима заставляет обозначать путь и пески требуют каналы орошения? И откуда
этишикара с легкие гондолоподобные лодки?
- <!-- text4placeid:13 -->
-
У ровного берега пошли бечевою. И желтые плесы напомнили Волгу или Миссисипи. Река
Джелам – нерв Кашмира.
- <!-- text4placeid:532 -->
-
Самое большое озеро Вулар, самое красивое, самое грозное. Две ночи опасно било лодку о
глинистую отмель. Еще остались бы, еще поработали бы, но "ковчег" может треснуть. На
этом озере все привлекательно. Весь сияющий снегами Пир-Панджал – на западе. Густые горы
@@ 159,14 141,10 @@
виден островок. На нем развалины храма и, бывает, сидят размышляющие садху и факиры. Мир
религии в Кашмире менее заметен.
- <!-- text4placeid:532 -->
-
Детали разрушенного храма на островке могут быть перенесены в любой романский собор.
Много ходили готы и всюду посеяли свой стиль. Украшения женских шапочек напоминают
готские фибулы. Только не красная эмаль, а красные стекла вставлены в медную оправу.
- <!-- text4placeid:532 -->
-
Около лодки носятся касатки-ласточки. По борту важно шагают удоды. Над полями звенит
жаворонок. Посреди деревни кладбище – бугор, усеянный камнями, – наш северный "жальник".
На бугре часовня с шатровой зеленою крышей. Старинные, костистые чинары сторожат покой.
@@ 174,8 152,6 @@
Гребцы, под вечер, поют протяжные песни "бурлацкие", и горласто лают стаи собак. От
дальнего севера до юга одно и то же строение жизни. Удивительно!
- <!-- text4placeid:532 -->
-
На северо-востоке озера Вулар горы сходятся. В этом проходе какая-то зовущая
убедительность. Само селение Бандипур уже имеет какой-то особый характер. Когда
подходите к почтовому отделению, вы поймете значительность места. Здесь подымается в
@@ 239,8 215,6 @@
падишах". А значат эти клики: "Страна роз", "Храм", "Царь царей", "Лотос", "Человек",
"Все хорошо"...
- <!-- text4placeid:14 -->
-
Живем на взгорьях Пир-Панджала. Грозы сплошные, ослепительные, по трое суток. Град в
голубиное яйцо. Звезды – как свечи! Землетрясения – каждую неделю. В Сибири есть такие
городища на крутых буграх, опоясанные гремучими потоками. Кедровые и сосновые рощи
@@ 252,8 226,6 @@
Разрешение на Малый Тибет через три недели получено. Тысячи рупий были истрачены на
поездки и телеграммы. А ... тот вообще даже на письма не отвечает.
- <!-- text4placeid:14 -->
-
Серия "Знамёна Востока" сложилась. 1. "Будда Победитель" перед источником жизни. 2.
"Моисей Водитель" – на вершине, окруженный сиянием неба. 3. "Сергий Строитель" –
самосильно работает. 4. "Дозор Гималаев", в ледниках. 5. "Конфуций Справедливый" –
ru/НК Рерих - Алтай - Гималаи/IX Карашар – Джунгария (1926).md ..
@@ 4,8 4,6 @@
---
- <!-- text4placeid:91 -->
-
Карашар в переводе значит "черный город". Урумчи китайцы называют Храм Красный
(Хун-мяо-цзы).
@@ 17,8 15,6 @@
разбросанных юртах начинают шевелиться признаки самосознания. Дедовские пророчества
твердят о приходящих сроках.
- <!-- text4placeid:91 -->
-
Словесное состязание между сартским беем и калмыком. Сарт заявляет заносчиво: "У вас нет
бога". Калмык тихо говорит: "Если к нам приходит сарт, мы накормим и напоим его, и коня
его накормим, и в путь запас дадим. А если калмык придет к сарту, ему не дадут пищу, и
ru/НК Рерих - Алтай - Гималаи/V Ламаюра – Лэ – Хеми (1925).md ..
@@ 27,8 27,6 @@
Кашмира. Трудно представить себя в мощной Азии. Дальше, дальше – туда, к скалам и
янтарным пескам.
- <!-- text4placeid:21 -->
-
Мокрый, ненастный Балтал. Не успели раскинуть мокрые палатки, как является новая
провокация. Приходит полицейский с рапортом о том, что наши люди только что уничтожили
санитарный пост и тяжко оскорбили врача. По счастью, сторож почтовой станции не
@@ 42,8 40,6 @@
еще трое; а когда им дали очистительного, они стали требовать того же лекарства, как и
первому.
- <!-- text4placeid:25 -->
-
Около Драса в поле работали замечательно красивые женщины. Арабский тип, одеты в черные
рубахи, на головах черная повязка. Думали, что это дарды, но, говорят, это африди,
пришедшие на летние пастбища из Афгана; те самые, которых боятся.
@@ 84,8 80,6 @@
песчаных изваяний. Тихие горницы. На полу, около двери, девушка выжимает растительное
масло для лампад. За спиной у нее шкура яка, на голове тяжелый убор из бирюзы.
- <!-- text4placeid:30 -->
-
В Драсе лишь первый знак Майтрейи. Но в древнем Маульбеке гигантское изображение
Грядущего стоит властно при пути. Каждый путник должен пройти мимо этой скалы. Две руки
к небу, как зов дальних миров. Две руки вниз, как благословение земли. Знают, Майтрейя
@@ 109,8 103,6 @@
около Тибетского Карбу, увенчавшие все утесы? Где же страна, равная этим забытым местам?
Будем справедливы и преклонимся перед истинной красотою.
- <!-- text4placeid:33 -->
-
Поразительно! В Ламаюре, в этой твердыне не только красной секты и даже бон-по, в ряду
прочих изображений стоит большое изображение Майтрейи. Поставлено около 200 лет назад.
Даже сюда проникло это знание. Только Майтрейя прочно связывает махаяну с хинаяной,
@@ 139,8 131,6 @@
где мы остановились на отдых, рука неведомых путников также оставила изображение
животных.
- <!-- text4placeid:37 -->
-
Базго – старинный монастырь на острых скалах. Такую причудливую линию без всякой
мелочности – редко встретишь.
@@ 198,8 188,6 @@
пизанской вилле Вагнер исполнился настоящего энтузиазма, и его объем годится для высот
Азии. А человечество все-таки живет красотою.
- <!-- text4placeid:38 -->
-
Необыкновенный огонь в местечке Ниму. Я был разбужен криком Е.И.: "Огонь, огонь!"
Просыпаюсь, вижу силуэт Е.И. на фоне колеблющегося синеватого пламени. Постепенно огонь
прекратился. Оказывается, когда Е.И. подошла к постели и прикоснулась к одеялу –
@@ 334,12 322,8 @@
Монгольские ламы указывают несколько "охраненных" мест в пределах Хангая и Гоби. Туда
приходили спешные посланцы из Гималаев.
- <!-- text4placeid:34 -->
-
Около Калацзе указывают многие места, посвященные имени Гессер-хана:
- <!-- text4placeid:34 -->
-
1. Гаруда – Гессер-хана; 2. Седло Гессера; 3. Бубен Бругумы – жены Гессера; 4. Прялка
Бругумы; 5. Замок Гессер-хана – высокая скала, белое пятно является знаком двери.
@@ 382,8 366,6 @@
Пусть они идут как знамена: "Святыни и твердыни". Пусть своим общим тоном героизма и
подвига они скажут об этом крае.
- <!-- text4placeid:39 -->
-
Могущественен монастырь Спитуг. Первый – из учения Дзон-Капы. Не развалины, но живая и
работающая община. Настоятель монастыря и его сотрудники знающи и поражающе понятливы.
Вы еще не кончили мысль, а они уже готовы продолжить ее правильно. В Спитуге изображение
@@ 393,8 375,6 @@
изображение Авалокитешвары, этого коллектива Братства Великой Общины. Запомните такое
сочетание этих трех символов. Это сочетание не было отмечено и объяснено.
- <!-- text4placeid:39 -->
-
Хороша стенопись в обоих Спитугах – крепкие тона и чутье пропорций. Обещали достать нам
того же художника, который писал эти звучные стены.
@@ 403,19 383,13 @@
Говорил, что особенно труден Кардонг и Сассер. Каракорум хотя и выше, но легче. Хвалил
народ Туркестана. Сообщил, что амбань уже ждет нас и считает своими гостями.
- <!-- text4placeid:566 -->
-
Прекрасно расположен монастырь Ше в семи милях от Лэ. Огромная, в два этажа фигура
Будды. Лучшая стенопись из всего виденного.
- <!-- text4placeid:567 -->
-
В Трикше тоже большие изображения Будды, Майтрейи и Манджушри. Живопись несколько проще.
Хороших приветливых лам не видели. Был только один монгольский старый лама, но, видимо,
не вполне нормален, судя по его страшному смеху.
- <!-- text4placeid:565 -->
-
Нужно видеть и обратную сторону буддизма – поезжайте в Хеми. Подъезжая, уже чуете
атмосферу мрачности и подавленности. Ступы с какими-то страшными ликами – рожами. Темные
знамена. Черные вороны летают вокруг, черные псы гложут кости. И ущелье тесно смыкается.
@@ 425,20 399,14 @@
внутренним содержанием. Вот оно – суеверие и корысть! Лучшее было, что на близкие острые
скалы утром выходили олени и долго стояли, поводя головой навстречу солнцу.
- <!-- text4placeid:565 -->
-
Монастырь старый. Основан большим ламою, оставившим книгу о Шамбале. И лежат эти
манускрипты под спудом; может быть, кормят собою мышей.
- <!-- text4placeid:565 -->
-
О манускриптах об Иисусе сперва полное отрицание. К нашему удивлению, отрицание прежде
всего идет из миссионерских кругов. Потом понемногу ползут отрывочные, боязливые
сведения, очень трудно добываемые. Наконец, выясняется, что о манускриптах слыхали и
знают старые люди Ладака.
- <!-- text4placeid:565 -->
-
Такие документы, как манускрипты о Христе и книга о Шамбале, лежат в самом "темном"
месте. И фигура ламы – составителя книги о Шамбале стоит, как идол, в каком-то
фантастическом уборе. И сколько еще других реликвий погибает по пыльным углам. И
@@ 569,8 537,6 @@
"Не говорите этому человеку – все разболтает", или: "А теперь я лучше уйду". И ничего
лишнего не чувствуется за его побуждениями. И как легок он на передвижение!
- <!-- text4placeid:40 -->
-
Лэ – место замечательное. Здесь предание соединило пути Будды и Христа. Будда шел через
Лэ на север. Исса беседовал здесь с народом по пути из Тибета. Тайно и тщательно
хранимые предания. Трудно нащупать их, ибо ламы умеют молчать лучше всех людей. Только
@@ 619,8 585,6 @@
головах, несут за спиною связки золотых колосьев и поют звонко и радостно, поют золотыми
полноголосыми гирляндами.
- <!-- text4placeid:40 -->
-
Живем в ладакском дворце. Развалины итальянских замков бледнеют перед этим живописным
нагромождением, вознесшимся среди чаши разноцветных гор. Где мы встречали такие высокие
террасы крыш? Где мы ходили по таким разрушенным закоулкам? Это было на картине "Мехески
ru/НК Рерих - Алтай - Гималаи/VII Хотан (1925-1926).md ..
@@ 211,8 211,6 @@
Хотан – путь Будды. Бурхан-Булат – подле Хотана. Заложены магниты путей. "Так же верно,
как под камнем Гума лежит пророчество о новом веке".
- <!-- text4placeid:53 -->
-
Серия "Майтрейя" сложилась из семи частей: 1) "Шамбала идет"; 2) "Конь счастья"; 3)
"Твердыни стен"; 4) "Знамя грядущего"; 5) "Мощь пещер"; 6) "Шепоты пустыни"; 7)
"Майтрейя Победитель".
\ No newline at end of file
ru/НК Рерих - Алтай - Гималаи/X Алтай (1926).md ..
@@ 37,13 37,9 @@
созвучный звон. Столько много народов принесли свои лучшие созвучия и мечты. Шаги племен
уходят и приходят.
- <!-- text4placeid:557 -->
-
Около Черного Ануя на Караголе – пещеры. Глубина и протяжение их неизвестны. Есть там
кости и надписи.
- <!-- text4placeid:348 -->
-
А когда перешли Эдигол, расстилалась перед нами ширь Алтая. Зацвела всеми красками
зеленых и синих переливов. Забелела дальними снегами. Стояла трава и цветы в рост
всадника. И даже коней здесь не найдешь. Такого травного убора нигде не видали.
@@ 60,8 56,6 @@
Ждут скорое наступление новой эры. Женщина – молодая алтайка – почуяла новые шаги мира и
хранит первый строгий устав.
- <!-- text4placeid:175 -->
-
Размытая ливнями дорога утомила коней. Остановились в Кырлыке. Придется здесь просидеть
ночь. Но не жаль провести ночь в месте, где родилось учение о Белом Бурхане и его благом
друге Ойроте. Имя Ойрота приняла целая область. Именно здесь ждут приход Белого Бурхана.
@@ 153,8 147,6 @@
конечно, одумались. Встретится – морду воротит: все-таки человек, и стыдно. Теперь бы
нам машин побольше завести. Пора коней освободить".
- <!-- text4placeid:510 -->
-
И опять устремление к бодрой кооперации. И тучнеют новые стада по высоким хребтам. А со
Студеного хребта лучше всего видно самую Белуху, о которой шепчут даже пустыни.
@@ 199,8 191,6 @@
таежных зарослей не видать всех измышлений. По бороде и по низкой повязке не поймете,
что везет с собою грузно одетый встречный.
- <!-- text4placeid:174 -->
-
В Усть-Кане последняя телеграфная станция. Подаем первую телеграмму в Америку.
Телеграфист смущен. Предлагает послать почтою в Бийск. Ему не приходилось иметь дело с
таким страшным зверем, как Америка. Но мы настаиваем, и он обещает послать, но
@@ 384,8 374,6 @@
На вершинах холмов наблюдается необычно теплая температура в зимнее время. По заметкам
Сапожникова, ледник на Белухе за пятнадцать лет отступил на сто восемьдесят метров.
- <!-- text4placeid:168 -->
-
Около двух ночи на второе августа на восток от села Алтайского падал сильно светящийся
огромный метеорит. К югу от Верхнего Уймона в прошлом году на вершине холма выбросило
как бы взрывом камни и песок. Образовалась воронка.
@@ 412,17 400,11 @@
травы и кедры. Кто сказал, что жесток и неприступен Алтай? Чье сердце убоялось суровой
мощи и красоты?
- <!-- text4placeid:587 -->
-
Семнадцатого августа увидели Белуху. Было так чисто и звонко. Прямо Звенигород.
- <!-- text4placeid:587 -->
-
А за Белухой покажется милый сердцу хребет Куэнь-Луня, а за ним – "Гора божественной
владычицы", и "Пять сокровищ снегов", и сама "Владычица белых снегов", и все писанное и
неписанное, все сказанное и несказанное.
- <!-- text4placeid:587 -->
-
"Между Иртышом и Аргунью, через Кокуши, через Богогорше, по самому Ергору едет
всадник"...
\ No newline at end of file
ru/НК Рерих - Алтай - Гималаи/XI Монголия (1926 – 1927).md ..
@@ 4,26 4,18 @@
---
- <!-- text4placeid:135 -->
-
Выстрел. Пуля пробила окно. Хорошо, что Юрий как раз в эту минуту отошел от окна. Кто
стрелял? Намеренно? Или озорство?
- <!-- text4placeid:135 -->
-
Предупреждают: "А вам не уехать". Отвечаю: "Уедем, как всегда, не отложим и на один
день". Приезжают наши американцы, с ними Борис. Присоединяется доктор. После долгой
переписки нашелся П. К. Людмила и Рая поедут с нами. Первая тринадцатилетняя
путешественница в Тибет.
- <!-- text4placeid:135 -->
-
Приходит тибетский доньер (консул), приносит тибетский паспорт и письмо к далай-ламе.
Доньер выдает подобные паспорта паломникам. Наше знание буддизма дает нам право
пользоваться тем же вниманием.
- <!-- text4placeid:135 -->
-
Приходят четыре бурятские ламы, просят взять их с собою. Они шьют знамя экспедиции –
изображение Майтрейи с акдордже наверху. Все служащие прикрепили маленькие значки
акдордже на шапки и такими ополченцами ходят по Улан-Батор-Хото. Юрий учит их ружейным
@@ 42,15 34,11 @@
храма-хранилища, где будет поставлена картина "Владыка Шамбалы" с другими почитаемыми
предметами.
- <!-- text4placeid:135 -->
-
Кончается печатание книг "Основы буддизма" и "Общее благо" ("Община"). Трудно дать книге
соответствующий облик в маленькой типографии. Прежний лама, теперь литограф, с любовью
переписывает для книги "Будду Побеждающего" с огненным мечом. Опять посланец
правительства. Просят разрешение перевести на монгольский "Основы буддизма".
- <!-- text4placeid:135 -->
-
Много смятения и ожидания. Но все-таки не отложим отъезда. Е. И. напряженно стоит у
притолоки и говорит: "Жду, как разрешит все Тот, кто все разрешает". А тут телеграмма.
Хлопочет Ж.; он многое знает. Именно с ним можно иногда побеседовать о самых сокровенных
@@ 61,8 49,6 @@
величественен. Впрочем, часто человечество ошибается названиями, и "малое" оказывается
великим. Без предрассудков и суеверий увидим действительность.
- <!-- text4placeid:135 -->
-
И опять начались всякие трудности. И опять неожиданные друзья. Из них эсперантист в
Урге. Они желают нам помочь выехать и заботливо провожают нас. И похожи на башни высоко
груженые моторы.
@@ 71,8 57,6 @@
затем стал как бы обычным мальчиком. Но пророчество оказалось тем самым о будущем
Монголии, которое передано нам в Сиккиме ламою. Монголы очень запомнили это.
- <!-- text4placeid:630 -->
-
В Монголии необычайно развиты волевые действия. Нам передавали несколько случаев
воздействий на далеких расстояниях. Недавно молодой монгольский лама написал книгу о
пути в Шамбалу. Известны книги, написанные об этом пути таши-ламою, настоятелем
@@ 83,8 67,6 @@
монастырей хорошей славою пользуется Манджушри Хит, откуда был похищен покойный
богдо-геген. Все значительно легендами в Монголии.
- <!-- text4placeid:530 -->
-
На стоянках среди юрт и стад, по холмам Гоби разносится песнь наших монголов. Поют песнь
Шамбалы, недавно сложенную монгольским героем Сухэ-Батором: "Мы идет в священную войну
Шамбалы. Пусть мы перевоплотимся в священной стране...". Так бодро и звонко посылают
@@ 159,8 141,6 @@
идут исследовать, а монголы провожают их советами осторожности. Следим в бинокли. Но вот
наши показались на стене – значит, разбойники покинули замок.
- <!-- text4placeid:525 -->
-
Не простой разбойник-грабитель был Дже-лама. Он окончил курс Петроградского университета
на юридическом факультете и стал высоким ламой в Тибете, обладая большими оккультными
сведениями. Разве ночной грабитель будет ставить на высоком месте издали зримый город?
@@ 168,14 148,10 @@
копье по базарам Монголии?.. По Центральной Гоби будет долго жить легенда о Дже-ламе,
заманчивый сценарий для синема.
- <!-- text4placeid:525 -->
-
К каравану подъезжают какие-то странные верховые и спрашивают монголов о количестве
нашего оружия. Монголы что-то шепчут им и размахивают руками, показывая что-то большое,
а потом сообщают нам: люди Дже-ламы. Они нас не тронут.
- <!-- text4placeid:385 -->
-
Подходим к Аньси. Неясные слухи о каких-то китайских войсках. Встретиться с ними похуже,
чем с людьми Дже-ламы. Обойдем Аньси ночью. Но нирва теряет дорогу. Рассвет застает нас
перед стенами Аньси. Поворачиваем верблюдов и спешим перейти широкий, быстрый арык. К
@@ 188,8 164,6 @@
временем золотоносными хребтами; величественное дно ушедших стремнин, где притаились
всякие останки древних гигантов.
- <!-- text4placeid:624 -->
-
Первое июня. Уже десять дней мы стоим на серебристых берегах Шибочена. Пылает при
восходе солнца Наньшань. Журчит горный поток. Белеют стада коз и баранов. Мелькают
всадники – какие-то вести несут? Ползут слухи. Когда же пойдем дальше? Пугают, что не
@@ 212,8 186,6 @@
и люди, и кони почувствовали сильное трясение. Далай-лама пояснил, что они находятся в
заповедной черте Шамбалы. Много ли знает далай-лама о Шамбале? Таши-лама знает больше.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Пятое июля. Справляют праздник Майтрейи. В палатке Шамбалы происходит долгое служение.
Приходит толпа соседних монголов, и их голоса смешиваются с пением наших лам.
@@ 222,12 194,8 @@
ладанки. Вихрь и песочный буран. В два часа дня пришлось наглухо закрыться в палатках и
зажечь свечи.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Рисую план субургана на месте Шамбалы, где останавливался на ночлег Великий Держатель.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Одиннадцатого июля нирва из монастыря Кумбум привез пророчества и новую молитву
таши-ламы Шамбале.
@@ 251,37 219,25 @@
поражает. Даже имеются вести о проезде здесь Учителя [Махатмы] сорок лет тому назад.
Опять разыгрался настоящий буран и ливень. Холодно.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Двадцатого июля получены указания чрезвычайного значения. Трудновыполнимые, но
приближающие следствия. Никто в караване еще не подозревает о ближайшей программе. На
следующий день опять важные вести, и опять спутники не знают о них. Сверяйте эти числа с
вашими событиями. Принесли золото от Улан-Давана. Опять вихрь. Рая вообще не слыхала о
Христе, ей уже тринадцать лет. Так быстро уходят из жизни даже краеугольные понятия.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Азара первоначально значило – халдейский жрец.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
24 июля. Это не только наш день, но и день окончания нашего субургана. Монголы помогают
сооружению, привозят сокровище – норбу-ринпоче – камушки и зерна для вложения в чашу
субургана. Туда же заложено и Акдордже и Майтрейя Сангха.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Лель – по-индустани означает " красный".
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Конец июля. "Иду радостно в бой". Lapis Exilis – блуждающий камень. Вчера буряты
пророчествовали что-то сумрачное. Именно: "Посылаю лучшие токи для счастливого решения
дел". Предполагаем выступить через Цайдам к Тибету девятнадцатого августа. Отважимся
пересечь Цайдам по новому пути.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
К вечеру двадцать восьмого прискакал Ч. [Н.В.] с мечом и кольцом. Не успели выслушать
его, как по ущелью вместо мирного ручья хлынул губительный поток. Вот следствие
странного ночного шума в горах. Снесло потоком кухню, столовую палатку, шатер Юрия. Мы
@@ 289,21 245,15 @@
юрт. Ч. [Н.В.] рассказал, что за день до его отъезда от непонятной причины у Я. сгорели
танки, присланные нами. Знаменательно. Сопоставляйте.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Кончаем субурган. Старший лама Цайдама приедет освятить его. Князь Курлык-Бейсе прислал
посланцев, предлагает свой караван. Знаменательно, ибо этот князь обычно вредил
проезжим.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Пятое августа. Нечто очень замечательное! В десять с половиной утра над станом при
чистом синем небе пролетел ярко-белый, сверкающий на солнце шаровидный аппарат. Семеро
из лагеря наблюдали это необыкновенное явление. Направление – с северо-востока на юг.
Энергия А. Брат Д.К. Замечательно!
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Седьмого августа освящен субурган. Приехал цайдамский геген. Наехало до тридцати гостей
монголов. Служение у субургана. Обещали нам хранить субурган Шамбалы. Лишь бы дунгане не
разрушили его.
@@ 315,8 265,6 @@
Осмотрели наши паспорта. Конечно, опять вымогательство. Заплатили китайцам. Монголы
возмущены этим вымогательством.
- <!-- text4placeid:220 -->
-
Неожиданные гости прилетают из пустыни. Под вечер прискакал таинственный незнакомец в
золотошитом монгольском наряде. Кто он? Спешно прошел в шатер. Не называя себя, сказал,
что он друг наш и должен предупредить о готовящемся нападении на нас на тибетской
@@ 325,8 273,6 @@
монастырь". Всем не понравился роскошный наряд незнакомца. Но он был друг, он хотел
помочь. Опять сюжет для оперы.
- <!-- text4placeid:397 -->
-
Девятнадцатого августа мы выступили через Цайдам на Тибет. Памятна ночь в Цайдаме, когда
пересекали соляные топи. Остановиться нельзя. Нужно идти сто двадцать миль без отдыха.
Во тьме ночи еле заметна тропа. Проходим самой опасной дорогой, но сознавая этого. По
@@ 359,8 305,6 @@
но около стоянки найден свежий костер и оброненная длинная трубка. Здесь были люди
недавно.
- <!-- text4placeid:475 -->
-
Утром едем как всегда. Впереди Юрий и П.К. в разъезде. Затем все верховые – мы и ламы.
За нами на некотором расстоянии – торгуты с мулами. А дальше отстал караван с верблюдами
под охраной Голубина, Кончока и Церинга. Впереди нас ущелье с двумя холмами. Елена
@@ 375,8 319,6 @@
Мы хотели купить это копье, но они сказали: "Мы не можем продать, это – друг наш".
Главное, всегда действуйте смело.
- <!-- text4placeid:240 -->
-
На другой день готовилось еще нападение, но сильная снежная метель с громом расстроила
суеверных панагов. И так перешли Нейджи. Любовались огромными стадами диких яков. Одного
из них убили торгуты. Впереди нас снежный хребет Ангар-Дакчин, то есть Марко Поло.
@@ 388,8 330,6 @@
весною, ни летом их не перейти верхом. Но сейчас, осенью, вода не выше стремян, и только
две лошади завязли. Даже Голубая река с ее быстрым течением не явилась препятствием.
- <!-- text4placeid:420 -->
-
Ждем тибетские посты. Почему их нет? Что-то забелело вдали... Снег? Но нигде кругом
снега нет... Шатер? Но это нечто слишком большое. Оказалось, гигантский гейзер
глауберовой соли. Белоснежная, сверкающая на солнце глыба – уже заповедная граница.
\ No newline at end of file
ru/НК Рерих - Алтай - Гималаи/XII Тибет (1927–1928).md ..
@@ 288,8 288,6 @@
Нет, эти ничего не знают. Просто ползают в безделии по лицу земли. Не грабят ли при
случае?
- <!-- text4placeid:621 -->
-
Среди скал и песков, в лиловых и пурпурных тонах течет Брамапутра. В мае она еще не
полна, но разливы берегов показывают, насколько увеличивается река за июнь, когда к
таянию снегов прибавятся еще и дожди. К Брамапутре еще большее уважение, чем к Голубой
@@ 400,8 398,6 @@
перевалы без единого повреждения. Палатки "Аберкромби и Фитч" тоже устояли под всеми
вихрями.
- <!-- text4placeid:150 -->
-
Затем осталась легкая часть пути до Гангтока. Гостеприимный дом британского резидента Ф.
Бейли. Рассказываем о нашем пути. Полковник знает тибетцев и потому ничему не
удивляется. Одно обстоятельство его изумляет: зачем было держать нас всю зиму на
ru/ЮН Рерих - По тропам Срединной Азии/III Хотан.md ..
@@ 319,8 319,6 @@
кавалеристы были прекрасно вооружены и являлись верховными командующими китайской армии.
Губернатор еще раз заверил нас, что в Хотане мы можем чувствовать себя как дома.
- <!-- text4placeid:53 -->
-
Оставаться в саду Бадруддин-хана с большим караваном было невозможно, и мы решили
подыскать для нашей штаб-квартиры более подходящее место. Вскоре начались затруднения,
вызванные, вне всяких сомнений, происками властей. Нам посчастливилось найти просторный
ru/ЮН Рерих - По тропам Срединной Азии/XII Среди монголов Цайдама.md ..
@@ 17,8 17,6 @@
им большой доход в Лхасе. Мы решили послать нашего проводника-тибетца купить лошадей,
мулов и провизию в китайскую деревню Чьанг-ма.
- <!-- text4placeid:624 -->
-
Лагерь, разместившийся на плоскогорье, оказался непригодным по двум причинам: во-первых,
во время дождей поверхность плоскогорья становится грязной, а во-вторых, во время сухого
периода частые северозападные ветры задувают целые тучи лесса, проникающего в палатки и
ru/ЮН Рерих - По тропам Срединной Азии/XIV Великое Тибетское нагорье.md ..
@@ 16,8 16,6 @@
**16 сентября**
- <!-- text4placeid:415 -->
-
Наша первая ночь на Тибетском нагорье прошла в полной тишине, каждый отдыхал после
предыдущих напряженных дней. Тишина была нарушаема лишь стонами страдающего нирва,
примкнувшего к экспедиции. «Аро, аро, аро!» («Друг, друг, друг!») – слышались его
@@ 25,8 23,6 @@
и утром мог продолжить путь. Наш доктор старался облегчить страдания, но каждый шаг
верблюда причинял ему боль.
- <!-- text4placeid:416 -->
-
Путь следовал долиной, защищенной грядой низких холмов. Маленькая речка, названная
нашими монгольскими проводниками Ангар Дакчин-гол, текла через долину. После длительного
перехода через песчаную равнину мы разбили лагерь на берегу озера с пресной водой,
ru/ЮН Рерих - По тропам Срединной Азии/XVIII Область Великих Озер Нагчу Дзонг – Сага Дзонг.md ..
@@ 4,8 4,6 @@
---
- <!-- text4placeid:221 -->
-
Была еще ночь, когда все поднялись и занялись упаковкой постельных принадлежностей. 4
марта 1928 г. запомнится всем членам экспедиции, как окончание плена на
негостеприимных нагорьях Тибета. Рассвет мягко окрашивал небо, а снежные вершины горной
@@ 29,14 27,10 @@
лама, отправляющийся в Цайдам, согласился взять их со своим караваном. Четыре месяца
спустя я с радостью узнал, что все они благополучно добрались до своих родных земель.
- <!-- text4placeid:434 -->
-
Перебравшись через реку, все еще крепко скованную льдом, мы поднялись на горный отрог, и
скалистый силуэт скрыл от нашего взора Нагчу с его монастырем. Едва заметная тропинка
вилась вдоль южных склонов невысокого горного хребта, протянувшегося на запад.
- <!-- text4placeid:434 -->
-
С этого момента мы двигались в западном направлении в течение пятидесяти дней. Солнце
прогревало воздух, и идти было приятно.
@@ 74,8 68,6 @@
тут же повернули назад, повторно перейдя через заснеженную долину. Пес Кадру, измотанный
длинными переходами, отказался идти, и пришлось взять его в седло.
- <!-- text4placeid:434 -->
-
Добравшись до южной дороги, мы увидели первую приближающуюся группу яков с палатками, и
другим инвентарем, необходимым для походной жизни. Около шести часов был разбит лагерь,
и мы смогли немного отдохнуть после долгого и утомительного перехода. Ветер утих, и мы
0 1 2 3 4 5 6 7 8 9 0 1 2 3 4 5 6 7 8 9 0 1 2 3 4 5 6 7 8 9 0 1 2 3 4 5 6 7 8 9